Главная / От первого лица / От первого лица

От первого лица

Впереди – напряженная работа
Портфель заказов департамента ВМФ ФГУП «Рособоронэкспорт» составляет $6,5 млрд.

В канун IV Международного военно-морского салона (МВМС) в Санкт-Петербурге корреспондент журнала «Национальная оборона» обратился к руководителю делегации федерального государственного унитарного предприятия «Рособоронэкспорт», начальнику  департамента ВМФ этого предприятия Олегу Азизову с просьбой ответить на вопросы редакции.

Интервью: Александр ФЕДОРОВ

— Олег Ракипович, «Рособоронэкспорт» участвует во многих международных оружейных выставках, в том числе и тех, где демонстрируется отечественная военно-морская техника. Какое место в этом ряду занимает  санкт-петербургский салон?

— Работа нашего предприятия на МВМС является частью единой маркетинговой политики ФГУП «Рособоронэкспорт». Участие в МВМС имеет для департамента ВМФ особое значение. Дело в том, что в период работы салона для приглашенных зарубежных делегаций представляется уникальная возможность провести переговоры с максимальным количеством разработчиков и производителей военно-морской техники России. Согласитесь, командирование такого количества российских специалистов в страну потенциального покупателя нереально.

Конечно, значительная часть проводимой ФГУП «Рособоронэкспорт» работы на выставке скрыта от широкой публики. Но график встреч и переговоров очень напряженный. Дело в том, что приглашенные руководители иностранных делегаций имеют возможность в период пребывания в России лично посетить наши судостроительные предприятия как в Санкт-Петербурге, так и в других регионах Российской Федерации. Понятно, что одно дело принимать решение на основе пусть и хорошо сделанных компьютерных презентаций, другое дело – своими глазами увидеть реальные производственные возможности российских верфей, подняться на борт строящихся на них подводных лодок, кораблей и катеров. Такая работа началась уже за несколько дней до официального открытия салона в городе на Неве.

— Какая военно-морская техника российских предприятий сейчас пользуется наибольшим спросом на мировом рынке?

— Не уверен в правомерности такой постановки вопроса. Мы акцентируем внимание не на отдельных образцах и видах ПВН российского производства, а ориентируемся на запросы конкретного потенциального покупателя. А они разные. Часть государств имеет масштабные военно-морские доктрины, вплоть до намерений создать океанский флот. Другие ограничиваются решением вопросов береговой охраны, борьбы с наркотрафиком, морским пиратством, обеспечением работы таможенных служб. Поэтому мы стараемся работать, исходя из реальных потребностей каждого покупателя. Ну и, конечно, с учетом их финансовых возможностей.

ДЭПЛ типа Kilo.

 

— Судя по сообщениям СМИ, за последние годы интенсифицировались переговоры с рядом государств о поставках российских подводных лодок. Тут и Алжир, и Венесуэла, и Индонезия, и Вьетнам. С некоторыми странами контракты уже выполняются, а с другими близки к подписанию. Объясняется ли это тем, что вы – бывший офицер-подводник?

— Приятно, что представители средств массовой информации знакомы с моим послужным списком. Но привлекательность российских дизель-электрических подводных лодок, конечно же, является результатом труда отечественных конструкторов и кораблестроителей. В этой связи необходимо сказать слова благодарности в адрес ОАО «ЦКБ МТ «Рубин», ОАО «Адмиралтейские верфи», ОАО «ОКБ «Новатор». Именно благодаря им, в России освоено серийное строительство (обращаю внимание на слово «серийное») дизельных подводных лодок типа Kilo с интегрированным комплексом ракетного оружия Club-S. Это, действительно, уникальные разработки с высоким экспортным потенциалом.

— Если ДЭПЛ 636 проекта пользуются популярностью на международном рынке, а к лодкам нового поколения семейства «Амур» зарубежные заказчики проявляют заметный интерес, то малые субмарины российской разработки как-то не пошли, хотя по ряду характеристик они превосходят зарубежные аналоги. Чем это объясняется?

— Да,  пока эти лодки «не пошли». На мой взгляд, причина очевидна. Россия имеет богатый опыт проектирования, строительства и эксплуатации малых ПЛ. Но, не секрет, что в настоящее время ВМФ России таких лодок в своем составе не имеет. Их серийное строительство приостановлено. В этой ситуации мы предлагаем нашим зарубежным партнерам провести заказные ОКР по этой теме с последующим строительством малых ПЛ на российских или на национальных верфях. Переговоры в данном направлении ведутся, но о результатах говорить пока рано.

— Некогда наша страна была фактически монопольным экспортером ракетных катеров. Сейчас главными поставщиками их на рынок стали Германия и Франция. Заметные успехи есть у британских и американских фирм. Почему Россия активно не продвигает свои ракетные катера нового поколения «Скорпион» и «Катран»?

— Продвигаем. Активно продвигаем катера упомянутых и других проектов. Думаю, что в вопросе речь идет о поставленных из бывшего СССР во многие станы катерах проекта 205 различных модификаций. Это был очень удачный для своего времени проект. Но сегодняшний день диктует свои требования в части вооружения и оборудования катеров. Работа в этом направлении не прекращается. Наверно, менее известно, что уже в постсоветский период поставлены на экспорт ракетные катера проектов 1241РЭ и 12418, построенные ОАО «Судостроительный завод «Вымпел» в Рыбинске. Скажу больше, сегодня специализирующийся на поставках катеров отдел департамента ВМФ «Рособоронэкспорта» имеет портфель заказов около одного миллиарда долларов США. Речь идет только о реально подписанных и вступивших в силу контрактах.

— Какие новые формы военно-технического сотрудничества использует «Рособоронэкспорт» для расширения своей клиентской сети, в том числе в области экспорта военно-морской техники?

— Мы стараемся быть «гибче» при учете пожеланий наших заказчиков. Отказываемся от философии поставки серийной продукции только российского производства. В необходимых случаях договариваемся с покупателями по вопросам их участия как на стадии проектирования, так и в период строительства кораблей. Яркий пример – сотрудничество с ВМС Индии. На строящихся по их заказу в Российской Федерации трех фрегатах проекта 11356 предусмотрена установка вооружения и оборудования индийского производства, включая ударный ракетный комплекс BRAHMOS (кстати, тоже результат совместного российско-индийского сотрудничества). Специалисты понимают, что интеграция зарубежного оборудования на серийный корабль требует значительного усилия конструкторов и инженеров обеих сторон. В этой связи, хочу сказать слова благодарности в адрес ОАО «Северное ПКБ». Уверен, что приобретенный бюро в этой области опыт будет востребован и в будущем.

— Образование Объединенной судостроительной корпорации поможет расширению экспорта продукции российского военного кораблестроения?

— В ОАО «ОСК» идет этап становления. Понимаем, как это сложно, и поэтому особенно благодарны руководству корпорации за готовность уже сегодня принять участие в решении вопросов, связанных со строительством ПЛ, кораблей и катеров в интересах экспорта. Соглашение о сотрудничестве в этой области между нами подписано. Но главное, что есть постоянный рабочий контакт и взаимопонимание на всех уровнях.

— Сейчас расширяются международные кооперационные связи в области производства военно-морской техники. Что вы думаете по этому поводу? С какими странами и зарубежными фирмами в этой сфере развивает отношения «Рособоронэкспорт»?

— Кое-что по этому поводу я уже сказал. Но хочу подчеркнуть, что наша основная задача – продвигать на экспорт продукцию российских предприятий. Однако без учета интересов национальных ВМС, представителей бизнеса стран покупателей рассчитывать на динамичное сотрудничество не приходится. В некоторых случаях приходится соглашаться и на участие в проектах представителей третьих стран. Иногда это связано с наличием у Военно-морских сил заказчика положительного опыта эксплуатации того или иного иностранного оборудования, развитой базы его обслуживания и ремонта. Часто – с наличием у зарубежных партнеров значительных наработок в той или иной области. А иногда и просто сообразуясь с государственной политикой страны-покупателя. Решение принимается в каждом конкретном случае с учетом всех имеющихся факторов.

— Какими вам видятся перспективы российского военно-морского экспорта?

— Результаты нашей работы зависят от многих составляющих. В том числе и от тех, на которые мы влиять не можем. Например, размер средств, выделяемых национальными бюджетами на закупку ПВН, формирование национальных военных доктрин и др. Да и конкуренция в этом сегменте рынка велика.

Скажу так. Сегодня портфель заказов департамента ВМФ ФГУП «Рособоронэкспорт» составляет $6,5 млрд. Нами ведутся переговоры и готовятся к подписанию новые крупные пакеты контрактных документов. Имеющийся задел позволяет рассчитывать не только на сохранение объемов военно-морского экспорта, но и на значительное его расширение.