Главная / Концепции / Концепции

Концепции

Ракетно-космическая оборона Российской Федерации: принципы построения, требования и приоритетность работ

Анализ развития международных отношений, начиная со второй половины прошлого столетия, и многочисленных вооруженных конфликтов и войн с участием ведущих военно-промышленных государств (США и их союзников) позволяет сделать следующие общие выводы и заключения.

Сергей СУХАНОВ

Владимир ГРИНЬКО

1. Неизменность продекларированных еще в 40-е годы прошлого столетия долгосрочных геополитических целей и устремлений США и их партеров по НАТО, направленных на завоевание и сохранение господствующего положения в мире, и агрессивные методы их достижения.

Применительно к России сделанный вывод подтверждается продвижением стран НАТО на Восток, направленностью их военной и государственной политики и практической деятельностью на приграничных с Российской Федерацией территориях.

2. Стремление США и других ведущих военных государств заблаговременно создать любыми способами недосягаемое противоположной стороной превосходство в силах и средствах нападения, привлекаемых для осуществления агрессии.

3. Создание, в том числе с использованием средств радиоэлектронного и огневого подавления различного базирования, условий стратегической и тактической внезапности нанесения ракетных и авиационных ударов по средствам управления и объектам экономики противоположной стороны, вооруженными силами и средствам обороны, прежде всего средствам ПВО.

4. Широкомасштабное массированное применение в ходе агрессии всех без исключения видов вооружений (например, боеприпасов с урановыми сердечниками, суперсовременных бомб – GBU-43B, стратегических бомбардировщиков В-52 и В-1, современных высокоточных ракетных средств поражения различного базирования и т.д. и т.п.), в целях приведения вооруженных сил и населения страны, подвергшейся нападению, в состояние шока.

Термин «шок» здесь используется для обозначения действий по целенаправленному приведению вооруженными методами больших масс людей (группировок войск и населения страны) в состояние массовой психической травмы, приводящей к возникновению неуправляемых кризисных реакций в социуме.

В осуществлении вооруженной борьбы трансформированными вооруженными силами США и НАТО системоцентрическая роль отводится системам и средствам космического базирования различного назначения, интегрированным в единую космическую составляющую вооружений.

 

В ходе вооруженного конфликта достигается путем нанесения ударов по военным объектам, объектам экономики страны и населению в масштабах, приводящих к ущербам и потерям, превышающим пределы (уровни) их психологической устойчивости.

В результате практически все государства, против которых осуществлялась агрессия, не располагали современными средствами противовоздушной и, тем более, средствами ракетно-космической обороны, способными осуществлять эффективное противодействие современным средствам нападения агрессоров.

Единственным вооруженным конфликтом из числа перечисленных, в которых агрессор не смог достичь своих целей вооруженными методами, является война во Вьетнаме.

Очевидно, что успех боевых действий Вьетнама обусловлен наличием постоянно совершенствуемой в ходе боевых действий многоуровневой системы ПВО г. Ханоя и всесторонней поддержкой этой страны СССР и Китаем.

В настоящее время на основе накопленного опыта ведения войн и вооруженных конфликтов, США и их союзники перешли от стратегии «ликвидации кризиса после его возникновения» к реализации «стратегии превентивных действий», с тем, чтобы проблемы не перерастали в кризис. Вооруженные действия в контексте этой стратегии предполагают возможность превентивного применения вооруженных сил и средств в любой точке Земного шара, а также в сфере воздушного и космического пространства на основе односторонних решений в целях обеспечения своих жизненно-важных интересов.

Выполнение многочисленных военных программ и планов трансформации вооруженных сил обеспечивает США и их союзникам, наряду с общим повышением огневой мощи стратегических наступательных вооружений, возможность нанесения глобальных ударов в близком к реальному масштабе времени с «эффектом, превышающим ожидания противоборствующей стороны».

Важными аспектами этой стратегии является расширение возможных условий применения ядерного оружия США и их союзников, а также предусматриваемая в ней возможность превентивного подавления национальных информационных средств контроля вооружений – средств разведки, предупреждения и контроля космического пространства.

Во взглядах военно-политического руководства США и НАТО, и ряда других стран на ядерное оружие и возможности его применения, произошло радикальное изменение. Представление о том, что любое применение ядерного оружия приведет к глобальной катастрофе, осталось в прошлом, поскольку крупномасштабные вооруженные конфликты между ведущими ядерными державами считаются маловероятными.

Объективно резкое снижение угрозы возникновения глобальной ядерной войны делает применение ядерного оружия теоретически и практически возможным.

Как следствие, по мнению ряда аналитиков, применительно к отношениям Россия – США по мере развития обычных вооружений Соединенных Штатов и НАТО возрастает вероятность нанесения ими превентивных ракетно-ядерных ударов небольшого масштаба и по объектам на территории России.

Очевидно, что в области сокращения ядерных вооружений США будут прилагать все большие усилия по принуждению России к сокращению своего ядерного потенциала. В свою очередь действия РФ по его сохранению будут интерпретироваться в крайне негативном для нее свете.

В осуществлении вооруженной борьбы трансформированными вооруженными силами США и НАТО системоцентрическая (задающая, определяющая поведение всей системы) роль отводится системам и средствам космического базирования различного назначения, интегрированным в единую космическую составляющую вооружений, а завоевание и обеспечение превосходства в космосе, в том числе активными методами, рассматривается как основа достижения военного превосходства.

Широкое использование при этом космических систем на основе микро- и нано КА различного целевого назначения, интеграция космических систем военного назначения с коммерческими системами, и интеграция космических систем в рамках НАТО создают возможность осуществления неконтролируемой другими странами военной деятельности США и НАТО в космосе.

В целом космическое пространство рассматривается как самостоятельный театр военных действий, а использование космических вооружений и противодействие им – как закономерности вооруженной борьбы.

Возрастание мощи вооруженных сил США и их союзников, и возможность нанесения ими упреждающих ударов в условиях тактической и стратегической внезапности одновременно с уменьшением возможностей по эффективному их парированию ответными действиями стратегических ядерных и иных наступательных вооружений Российской Федерации, уже в ближайшем будущем могут поставить под сомнение ее возможность осуществить эффективное сдерживание эвентуальных противников от агрессии и обеспечить им возможность достижения своих военно-политических целей путем вооруженного диктата.

Возрастание военных угроз в космосе, из космоса и через космос для Российской Федерации, обусловленных военной деятельностью США и НАТО, происходит на фоне вполне закономерного повышения космической активности других государств и их коалиций: Китая, Индии, Японии, Австралии, Бразилии, Объединенных Арабских Эмиратов и др., основным направлением которой является освоение космоса в военных целях.

Применительно к обеспечению военной безопасности Российской Федерации указанные обстоятельства приводят к необходимости расширения спектра возможных стратегий сдерживания противников и к необходимости создания оборонительных систем вооружений, обеспечивающих их реализацию в условиях неизбежного сокращения стратегических ядерных сил за счет повышения эффективности оборонительных систем, прежде всего стратегического уровня.

При этом Российская Федерация наибольшие выгоды приобретает за счет того, что нападающая сторона лишается преимуществ, обусловленных внезапностью применения космических и ракетно-космических вооружений различных типов, и рискует получить ущерб на неприемлемом для нее уровне в результате ответных (ответно-встречных) действий ВС РФ, в том числе и за счет поражения (подавления) космических систем различного назначения.

Завоевание и обеспечение превосходства в космосе рассматривается как основа достижения военного превосходства.

 

Наиболее четкое определение термина «сдерживание», по мнению авторов, применительно к рассматриваемой проблематике содержится в докладе генерального секретаря ООН «О сдерживании» (Департамент по вопросам разоружения. А/41/432/ – ООН; Нью-Йорк, 1987): «Сдерживание в политическом плане носит оборонительный характер и означает восприятие мира с позиций союзников и соперников.

Оно основано не только на наличии ядерных и обычных средствах нападения, но и на ядерных и обычных средствах обороны, а также на прочных гарантиях ненападения и постоянной готовности вооруженных сил страны, способных к решению двуединых задач:

— способности нанести агрессору в ответном ударе неприемлемый для него ущерб и лишить его ожидаемых преимуществ агрессии;

— средствами своей обороны в максимальной степени защитить свои объекты и население от нападения агрессора и обеспечить этим восстановление разрушенного агрессором оборонного и экономического потенциала примерно в одинаковые с агрессором сроки».

С учетом изложенного, развитие адекватно складывающейся военно-политической обстановке в составе Вооруженных Сил Российской Федерации системы сил и средств, обеспечивающей эффективное противодействие средствам воздушно-космического нападения эвентуальных противников в стратегически и оперативно целесообразные для обеспечения военной безопасности сроки, является одной из приоритетных задач военного строительства, а возможность осуществления эффективного противодействия космическим системам, с учетом их уязвимости, может рассматриваться как дополнительный, и, в ряде случаев, как самостоятельный, фактор сдерживания от военной агрессии ведущих военных держав.

В соответствии с имеющимися представлениями и с действующим законодательством РФ, решение этих задач предполагается возложить на воздушно-космическую оборону Российской Федерации, элементом стратегического уровня которой является система ракетно-космической обороны (РКО).

РКО, в свою очередь, должна включать в себя ряд национальных оборонительных систем, предназначенных для парирования угроз, обусловленных использованием космического пространства в военных целях таких, как Система предупреждения о ракетном нападении (СПРН), Система контроля космического пространства (СККП), Система противокосмической обороны (ПКО), Система противоракетной обороны (ПРО) и ряд других систем, предназначенных для решения более частных задач обеспечения военной безопасности страны в мирное и военной время.

В целях повышения эффективности РКО ее функционирование (боевое применение) осуществляется во взаимодействии с силами и средствами другой видовой и ведомственной принадлежности, обладающими потенциальными информационными и иными возможностями по парированию угроз в космосе, из космоса и через космос.

Основными принципам построения системы РКО как составной части (элемента) Вооруженных Сил Российской Федерации, являются:

— принцип правового соответствия и правовой обусловленности системы;

— принцип соответствия целей, задач и возможностей системы целям и задачам обеспечения военной безопасности Российской Федерации (Вооруженных Сил РФ);

— принцип адекватности системы существующим и потенциальным угрозам через космос, в космосе и из космоса и изменениям стратегической и оперативной обстановки;

— принцип комплексного использования для достижения целей системы в составе Вооруженных Сил РФ всех имеющихся сил, средств и ресурсов;

— принцип стратегической и оперативной реализуемости системы;

— принцип централизованного управления силами и средствами;

— принцип «безопасности» использования системы (в том числе, с точки зрения исключения эскалации военных действий в мирный и угрожаемый периоды);

— принцип достаточности созданных запасов материальных средств и возможностей экономики страны для обеспечения потребностей системы при ведении военных действий.

Анализ современной военно-политической обстановки, требований действующей военной доктрины РФ и опыт проектирования и создания других сложных наземных оборонительных систем вооружения стратегического уровня позволяет сформулировать ряд основных интегральных требований к рассматриваемой системе.

К ним относятся:

1. Осуществление глобального (адекватного угрозам) контроля воздушно-космического пространства.

Реализация указанного требования предполагает создание информационного поля определенной конфигурации, позволяющего получать разведывательную и иную информацию в требуемом объеме и с качеством не ниже требуемого.

2. Непрерывность и устойчивость функционирования системы (принцип инвариантности).

Реализация указанного требования предполагает, что характеристики качества системы, включая возможности по осуществлению противодействия и поражению космических систем противника, должны быть малочувствительными к процессам и явлениям естественного или искусственного происхождения, изменяющимся во времени, которые могут влиять на работу отдельных элементов системы.

3. Высокая достоверность формируемой системой информации.

Реализация этого требования существенно влияет на выбор и параметры измерительных средств, методы обработки информации и критерии формирования выходной информации, являющейся основой для принятия решений в различных ситуациях и разных степенях угроз военной безопасности Российской Федерации в космосе, из космоса и через космос.

4. Требуемая оперативность системы при решении задач и достижении целей РКО.

Выполнение указанного требования оказывает определяющее влияние на выбор режимов работы средств системы, характеристики средств обработки данных, управления и связи.

5. Обеспечение возможности нанесения противнику ущербов заданного уровня.

Выполнение указанного требования достигается созданием в системы группировок разнотипных средств поражения и подавления ракетно-космических систем противника различного назначения, обеспечивающих возможность достижения целей ее боевого применения в складывающейся обстановке.

Реализация перечисленных требований обеспечивает принципиальную возможность гибкого применения всех имеющихся в распоряжении разнородных сил, средств и ресурсов в целях предотвращения, локализации и нейтрализации военных угроз Российской Федерации с решением задач различного масштаба, адекватно складывающейся военно-политической обстановке: от защиты одиночных космических объектов, находящихся под юрисдикцией РФ, до нанесения ущерба заданного уровня эвентуальному противнику, включая широкомасштабное поражение космических вооружений с применением ядерного оружия.

Шахтная противоракета системы А-135 ПРО Москвы.

 

Вполне понятно, что система РКО относится к системам постоянной боевой готовности.

Система РКО применяется во все периоды оперативной обстановки:

1. В период мирного времени, когда выполняются мероприятия:

— оповещение руководства страны и заинтересованных ведомств о состоянии воздушно-космической обстановки;

— предупреждения военно-политического руководства страны и других органов исполнительной власти о применении против РФ средств ракетно-космического нападения;

— пассивного противодействия космическим разведывательным системам;

— фоноцелевой разведки ракетно-космических средств эвентуального противника.

2. В период военного времени, когда к мероприятиям мирного времени добавляются действия по активному радиоэлектронному противодействию, действия по подавлению и поражению ракетно-космических средств эвентуальных противников.

Следует отметить, что перечисленные требования, безусловно, носят концептуальный характер и являются требованиями высших уровней в общей иерархии требований к РКО и ее составным частям. Кроме того, они инвариантны, по отношению к широкому классу современных сложных систем вооружения, включая и ВКО РФ.

При рассмотрении проблем, связанных с использованием космического пространства в военных целях, включая вопросы противодействия военным космическим системам, возникает вопрос о соответствии предлагаемых решений нормам международного права. Указанное обстоятельство обусловлено требованиями п. 4 ст. 15 Конституции РФ, устанавливающего приоритет норм международного права относительно требований нормативных правовых актов национального уровня.

К запрещенной деятельности по использованию космоса в военных целях в соответствии с существующими нормами международного права относятся:

— размещение ядерного оружия и других видов оружия массового уничтожения на орбитах вокруг Земли, на небесных телах и орбитах вокруг таких тел;

— испытание ядерного оружия в космическом пространстве;

— размещение военных баз и проведение военных испытаний и маневров на небесных телах и орбитам вокруг них:

— военное или враждебное использование средств воздействия на природную среду из космического пространства.

Все остальные виды космической деятельности относятся либо к категории разрешенной деятельности, либо к нерегламентированной международным правом.

Таким образом, развитие РКО как единой системы, в том числе и системы противодействия космической составляющей ВС эвентуального противника в ее составе, с учетом перечисленных ограничений, не противоречит нормам действующего международного права.

С учетом особенностей переживаемого момент (активного реформирования Вооруженных Сил Российской Федерации) представляется целесообразным акцентировать внимание на том, что РКО является стратегическим и системоцентрическим элементом как ВКО РФ, так и решения задач обороны всей страны.

Указанное обстоятельство должно учитываться при определении приоритетности работ в области создания ВКО и системы боевого управления перспективных ВС РФ.

В пользу изложенного можно привести следующие соображения.

Особенностью построения обороны страны и современных оборонительных систем рассматриваемого типа, предназначенных для парирования военных угроз с воздуха, в космосе, из космоса и через космос, создаваемых ведущими военными государствами, является то, что они должны быть инварианты по отношению к любому из возможных уровней вооруженных конфликтов (от локальных до глобальных) и обеспечивать возможность осуществления эффективной вооруженной борьбы при возникновении предпосылок к любому их них.

Указанная принципиальная особенность (принцип инвариантности) обусловлена тем, что ведущие военные державы и их коалиции (прежде всего США и НАТО), стремятся, как уже отмечалось, заблаговременно придать своим вооруженным силам свойства, обеспечивающие возможность не только доминирования при любом уровне вооруженного конфликта, но и возможность оперативного (в масштабе времени близком к реальному) выбора уровня конфликта и, соответственно, выбора наступательных вооружений, форм и способов их боевого применения.

В этих условиях, несмотря на сформулированный выше «принцип инвариантности», высший приоритет в создании и развитии приобретают силы и средства, предотвращающие достижение эвентуальным противником именно стратегического превосходства в сформулированном выше контексте. В сложившейся терминологии речь идет, прежде всего, о системе РКО, системе боевого управления ВС РФ, стратегических ядерных силах и об их функционировании в едином комплексе управления российских Вооруженных Сил.

В противном случае противник, обладающий возможностью оперативного выбора уровня конфликта, сведет вооруженные действия к ситуации, когда масштабы и оперативность нанесения первого удара (уровня вооруженного конфликта) предопределяют успех всей военной кампании (операции).

Кроме того, системоцентрическая и системообразущая роль РКО как стратегического элемента ВКО и Вооруженных Сил объясняется и рядом других обстоятельств.

К основным из них относятся:

1. Идеология создания стратегических оборонительных систем ПРН, ККП, ПРО и ПКО и интеграции их в едином контуре управления (в рамках системы РКО) изначально предусматривала стратегический надвидовой и общегосударственный уровень возлагаемых на них задач (например, в интересах повышения эффективности ответных действий СЯС, решения задач повышения эффективности гражданской обороны, повышения безопасности космической деятельности и др.) при приоритетном решении задач информационного обеспечения боевого применения СЯС и ВС в целом.

2. В процессе разработки, создания и применения ряда оборонительных систем (СПРН, СККП, ПРО) отработаны теоретически и практически все элементы автоматизированного управления разнородными силами и средствами РКО и взаимодействующих систем, включая средства ПВО и ПРО на ТВД.

Указанные элементы, прежде всего программно-алгоритмические средства командных пунктов, обеспечивающих прием и обработку информации, ее отображение и документирование, оценку обстановки и управление силами и средствами в автоматизированном режиме реализованы с учетом результатов многолетней реальной эксплуатации, боевого применения и проведения уникальных полигонных и иных испытаний и работ. Это обстоятельство в условиях практического отсутствия требуемой испытательной базы и существенно снизившиеся возможности по проведению натурных экспериментов делает проблематичными разработки и создание любых других аналогов в оперативно-целесообразные сроки.

3. Командные пункты основных систем РКО уже в настоящее время сопряжены с высшими звеньями управления, и с рядом КП и ПУ взаимодействующих систем и средств. В перспективе предусмотрена дальнейшая их интеграции и наращивание информационных возможностей, в том числе и на межведомственном уровне.

4. Основные научные, технические и организационно-технические решения, положенные в основу существующей группировки средств и систем РКО и перспективы наращивания ее боевых возможностей и системы ее боевого управления могут быть положены в основу соответствующих решений при развертывании ВКО РФ и системы боевого управления разнородными силами и средствами в интересах достижения целей и задач ее создания в составе Вооруженных Сил Российской Федерации.

С учетом изложенного, приоритетным направлением работ в этой области является полномасштабное развертывание работ по созданию контура управления РКО открытой архитектуры и наращивание возможностей системы путем интеграции с другими силами и средства ВС РФ и другой ведомственной принадлежности.

При этом работы по развертыванию соответствующих стратегических элементов системы боевого управления ВКО РФ могут проводиться практически одновременно с работами по развитию автоматизированной системы боевого управления РКО.

В целом, подводя итоги изложенного, можно с достаточно большой степенью уверенности утверждать, что развитие и совершенствование системы РКО в составе Вооруженных Сил Российской Федерации (ВКО РФ) является закономерной реакцией на возрастание угроз в космосе, из космоса и через космос и существенно расширяет спектр условий сдерживания потенциальных агрессоров.

Сергей Александрович СУХАНОВ – генеральный конструктор ОАО «МАК «Вымпел», доктор технических наук, профессор

 

Владимир Федорович ГРИНЬКО – ведущий сотрудник ОАО «МАК «Вымпел», кандидат технических наук, старший научный сотрудник, полковник в отставке