Главная / Геополитика / Геополитика

Геополитика

Договор о СНВ: вспомним о просчетах и односторонних уступках
Американские наблюдатели в течение 15 лет непрерывно контролируют Воткинский машиностроительный завод по производству стратегических ракет

В соглашении «Совместное понимание по вопросу о дальнейших сокращениях и ограничениях стратегических наступательных вооружений», подписанном президентами РФ и США, в пункте 3 предусматривается разработка «Положения, касающееся определений, обмена данными, ликвидации, инспекций и процедур проверки, а также мер укрепления доверия, транспарентности, в соответствующих случаях адаптированные, упрощенные и менее затратные по сравнению с Договором о СНВ».

Мидыхат ВИЛЬДАНОВ

При этом российской стороне необходимо добиться исключения из этого Положения комплекса односторонних контрольно-инспекционных и ликвидационных процедур в отношении мобильных ракетных комплексов, которых у американцев нет. Ущерб, нанесенный обороноспособности РФ в результате выполнения Договора о СНВ и различных мер верификации в отношении мобильных ракетных комплексов, еще предстоит оценить. Так, в 2005 г. завершена ликвидация БЖРК, а функционирование подвижных грунтовых ракетных комплексов (ПГРК) «Тополь» и «Тополь-М» поставлено под жесткий контроль американской стороны. В присутствии американских инспекторов продолжается ликвидация мобильных ракет и автономных пусковых установок с истекшим сроком эксплуатации.

В течение 15 лет группа американских наблюдателей непрерывно контролирует ФГУП «Воткинский машиностроительный завод» (ВМЗ) по производству ракет ПГРК, о чем многие чиновники и даже специалисты в области СЯС узнали из публикаций в СМИ. В связи с этим, представляется целесообразным продолжить критический анализ этого наиболее ущербного положения Договора о СНВ, чтобы исключить его адаптацию в текст нового Договора.

АМЕРИКАНСКИЙ КОНТРОЛЬ НА ВМЗ

В п.14 ст.XI Договора о СНВ определено: «Каждая из сторон имеет право осуществлять деятельность по непрерывному наблюдению на объектах по производству МБР для мобильных пусковых установок МБР с целью подтвердить количество производимых МБР для мобильных пусковых установок МБР». Советской (российской) стороной в п. b) Приложения А к «Меморандуму о договоренности об установлении исходных данных…» таким объектом заявлено ФГУП «ВМЗ». Американская сторона своих предприятий по производству ракет для мобильных ракетных комплексов не указала. Отечественные переговорщики разработали и «подарили» американцам п.7 Приложения 6: «…Применительно к вновь произведенной МБР для мобильных ПУ инспектируемая сторона (т.е. Россия – прим. автора) сообщает наблюдателям данные с собственного опознавательного знака (это буквенно-цифровой заводской номер ракеты – прим. автора), нанесенного на такую МБР до вывоза через проходной пункт наблюдаемого объекта и предоставляет инспектирующей стороне (т.е. США) такие данные». Кроме того, согласно п.2 Приложения 6: «Каждая из сторон (т.е. Россия) предоставляет другой стороне в соответствии с разделом I «Протокола об уведомлениях…» данные с собственного опознавательного знака (СОЗ) применительно к каждой МБР для мобильных пусковых установок МБР».

Договором о СНВ установлено, что на ВМЗ постоянно находится до 30 американских наблюдателей. Более половины из них являются техническими специалистами, остальные заявлены в качестве обслуживающего персонала. Основная задача – контроль выхода новой ракеты через проходной пункт завода, измерение ее габаритов, сверка СОЗов, передача их в органы военного управления США, где формируется информационная база данных по каждой ракете и группировке ПГРК в целом. В дальнейшем СОЗы включаются в документацию инспекционных групп США по каждому ограниченному району. Кроме того, два раза в сутки группа наблюдателей обходит периметр завода с целью контроля бетонного ограждения и недопущения скрытного вывоза ступеней ракет через возможные дыры и подкопы. Спрашивается, какая необходимость содержать в течение 15 лет явно избыточное количество профессионалов для выполнения столь примитивных операций? Примечательно, что согласно п.26 ст.XVI «Протокола об инспекциях и деятельности по непрерывному наблюдению…» разрешено: «Любые два члена группы наблюдателей имеют право не более одного раза в неделю совершать поездки в посольство или консульство инспектирующей стороны на территории инспектируемой стороны». Необходимо отметить, что американцам созданы комфортные условия для проведения различных видов деятельности, проживания и отдыха. Состав объектов инфраструктуры, разрешенного оборудования и методы его использования для системы непрерывного наблюдения (Приложение 9) поражают разнообразием и уникальностью. На ВМЗ функционируют заводские органы, предназначенные для взаимодействия с американскими наблюдателями, о взаимных претензиях за 15 лет не сообщается. Жители города и заводчане привыкли к американским гостям и даже не обращают на них внимания.

Пуск МБР «Тополь».

В органах государственного и военного управления РФ хорошо знают, но стыдливо молчат, что все ракеты ПГРК «Тополь», находящиеся на боевом дежурстве, с 1994 г. выпускались с завода под контролем американцев. Более того, в 2006 г. положения Договора о СНВ, в угоду американской стороне, были распространены и на ПГРК «Тополь-М». В результате американцы в числе первых (выделено автором), на проходном пункте ВМЗ зафиксировали новые ракеты ПГРК «Тополь-М», сверили СОЗы, занесли их в базу данных, разрешили пропуск ракет в 54-ю ракетную дивизию (Тейково, Ивановской обл.) и получили право ее инспектировать. При этом военно-политическое руководство РФ, посетившее дивизию в 2006-2008 гг., знакомилось с уникальными ракетами, которые составляют основу перспективной группировки ПГРК, уже после американцев. Однако на этот позорный факт никто из политиков, чиновников и членов руководящего состава органов военного управления не обратил внимания. Возможно ли такое с точки зрения здравого смысла? Видимо, это и есть апофеоз транспарентности, мер доверия и партнерских отношений, которые предлагается адаптировать в новый Договор о СНВ.

АМЕРИКАНСКИЙ КОНТРОЛЬ НА МЕСТАХ

Договор о СНВ через комплекс контрольно-инспекционных процедур и различные, так называемые меры верификации, придуманные советскими (российскими) переговорщиками прошлых лет, предоставляет значительные возможности американцам для детального изучения на местах местонахождения каждой ракеты и пусковой установки ПГРК. Так, согласно п.11 d) Приложения 1 к Договору американские инспектора в ходе инспекционных поездок имеют право считывать СОЗы, нанесенные на ракеты. Для чего не более четырем инспекторам разрешается доступ в стационарное сооружение «Крона» с ракетой. Ограничений по времени для проведения данной процедуры нет. Отметим, что внутреннее оборудование «Кроны» объектом инспекции не является. Зачастую один из американцев для поиска и сверки СОЗа ракеты поднимается и ходит по бункерам автономной пусковой установки, находящейся на боевом дежурстве. Следует признать, что среди стратегических ракетчиков это сооружение считается «святая святых», большинство начальников служб ракетной армии, дивизии и полка в него не допускаются. Находясь на боевой стартовой позиции и в сооружении, американцы имеют благоприятные возможности по оценке местности, уточнению схем ограниченного района (ранее переданных им российской стороной), изучению системы охраны и обороны, физической защищенности сооружения и т.д.

Согласно п.5 Приложения 6 считывание СОЗов на развернутых и неразвернутых российских мобильных ракетах РТ-2ПМ и РТ-2ПМ2 американцы могут проводить также: 1) в ходе инспекций в отношении исходных данных; 2) инспекции в отношении обновленных данных; 3) инспекций новых объектов; 4) после завершения рассредоточения мобильных пусковых установок и связанных с ними ракет; 5) инспекций в связи с переоборудованием или ликвидацией; 6) при осуществлении непрерывного наблюдения. Во всех случаях они беспрепятственно допускаются на боевые стартовые позиции и в сооружения «Крона», в полном объеме используя выделенные квоты инспекций. Можно предполагать о составе, содержании и возможностях информационной базы данных о ПГРК, созданной американцами за 15 лет инспекционной деятельности. Даже официальные лица США стали высказываться за сокращение количества инспекций, считая их избыточными и дорогостоящими. Из авторитетных источников известно, что интерес американцев к нашим ПГРК утрачен, что вполне объяснимо. Более серьезную угрозу национальной безопасности США, по словам самих же американских инспекторов, представляли БЖРК, которые уже ликвидированы.

Таким образом, американцы контролируют выход каждой ракеты с ВМЗ, ее прибытие в ракетный полк, местонахождение в любой момент времени, а в последующем ее ликвидацию при участии американских специалистов. Между прочим, СОЗы ракет являются принадлежностью боевых документов и относятся к сведениям закрытого характера, но это сейчас считается «мелочью».

Правомерно поставить вопрос: проводят ли российские инспектора аналогичные инспекции и непрерывные наблюдения со считыванием СОЗов ракет на объектах СНС США? Ведь Договор является двусторонним, и его статьи, применительно к ПГРК, начинаются с термина «стороны». Ответ: американцы не допускают российских наблюдателей на предприятия по производству ракет, объясняя свои действия отсутствием мобильных ракетных комплексов. Однако обратимся к п.10 b) статьи III Договора: «Существующими типами МБР для мобильных пусковых установок МБР США являются – тип ракет, именуемых в США «Пискипер» и известный в СССР как и МХ». При этом, американцы, переиграв отечественных экспертов-переговорщиков, навязали свою редакцию п.5 Приложения 6: «В ходе инспекций при осуществлении непрерывного наблюдения инспекторы или наблюдатели имеют право считывать данные с собственных опознавательных знаков на развернутых и неразвернутых МБР для мобильных пусковых установок МБР, за исключением таких МБР, которые развернуты в шахтных пусковых установках (выделено автором)». В результате, опознавательные номера 50 ракет «МХ», заявленных как мобильные и развернутых в шахтных пусковых установках, российским инспекторам никогда не передавались, и инспекциям с их считыванием не подвергались. Сейчас ракеты «МХ» сняты с боевого дежурства, ракетные ступени не ликвидированы, сроки их эксплуатации продлены, что является нарушением Договора о СНВ. Объекты инфраструктуры боевых стартовых позиций (АвБ Уоррен) содержатся в отличном состоянии, что подтверждается российскими инспекторами. Тем самым, созданы условия для оперативного наращивания боевых возможностей СНС США, а для российской стороны появилась проблема американского возвратного потенциала, которая в «Совместном понимании» и на пресс-конференции президентов РФ и США даже не упоминалась. Решать проблему надо было еще в 2003 г., когда начинались работы по снятию с боевого дежурства этого ракетного комплекса.

АМЕРИКАНСКИЙ КОНТРОЛЬ ЛИКВИДАЦИИ РАКЕТ

В отличие от американцев, российская сторона выход на уровни носителей и боезарядов, установленные Договором о СНВ, выполнила в основном за счет ликвидации уникальных видов стратегических наступательных вооружений. В результате односторонних уступок, допущенных советскими (российскими) экспертами, нам было навязано выполнение требований п.2-4 ст.VII Договора о СНВ и «Протоколов о процедурах переоборудования или ликвидации», которые предусматривают только ликвидацию МБР и дорогостоящих объектов инфраструктуры мобильных ракетных комплексов, к тому же под контролем американских инспекторов. Так, в этом же Протоколе (Раздел I), отмечается, что стороны соглашаются о следующих процедурах переоборудования или ликвидации ракет: п.4 b) сопла, корпуса ракетных двигателей…сминаются, сплющиваются, разрезаются на две приблизительно равные части или уничтожаются с помощью взрыва; п.4е) платформа боеголовки и обтекатель головной части, сминаются, сплющиваются…». В связи с этим вопрос, какие ракеты для мобильных ракетных комплексов «сминает», «плющит» и «разрезает» американская сторона?

Необходимо отметить, что уничтожение МБР РТ-2ПМ осуществляется ударными темпами в Центре ликвидации ракетной техники (вблизи ВМЗ), который построен на американские средства по Программе совместного уменьшения ядерной угрозы. Ликвидационные работы ведут российские коммерческие структуры, контроль проводит группа из шести американских инспекторов. Перед окончательной резкой ступеней ракет они сверяют СОЗы и дают разрешение на производство работ. Результаты ликвидации ракет оформляются актом.

По мнению российских специалистов, американские инспекторы из фирмы «Рейтеон», находясь в Центре ликвидации ракетной техники, имеют возможность знакомиться с российскими ракетными технологиями, благодаря которым созданы уникальные ПГРК, не имеющие аналогов в мире. Правомерным является вопрос, почему до сих пор, ликвидация ракет осуществляется под контролем американцев, ведь требования Договора о СНВ российской стороной выполнены к 5 декабря 2001г.?

«ТАКИЕ ВЕЩИ НАЗЫВАЮТСЯ ПРЕДАТЕЛЬСТВОМ…»

По оценкам специалистов, статьи Договора о СНВ и его Протоколов, регламентирующие пребывание американских наблюдателей на ВМЗ, давно должны быть уточнены установленным порядком (статья XVIII). Аргументов достаточно: российские наблюдатели не допускаются на аналогичное предприятие в США; в СНС США отсутствуют мобильные ракетные комплексы; МБР РТ-2ПМ не изготавливаются, объемы производства ракет РТ-2ПМ2 незначительны; на заводе предусматривается изготовление различных видов вооружения и военной техники, не подпадающих под договорные обязательства и т.д. Следует напомнить, что американские наблюдатели «сидят» на заводе с 1988 г. согласно Договору о РСМД, который носит бессрочный характер, при этом содержание двадцать второго Согласованного заявления сторон, регламентирующего взаимодействие двух Договоров, нуждается в уточнении.

В российских СМИ приводятся негативные оценки Договора о СНВ, сделанные председателем Совета Федерации Сергеем Мироновым при проведении заседания экспертного совета, посвященного проблемам оборонной промышленности. Известно его эмоциональное высказывание на радио «Эхо Москвы» по вопросу нахождения американских наблюдателей на ВМЗ: «Американская сторона по умолчанию считает, что России нечего делать на их предприятиях. Это было неправильным. И по тому ущербу, который в конечном итоге Договор нанес ОПК нашей страны, такие вещи называются предательством».

Представляется целесообразным, при разработке Положения согласно п.3 «Совместного понимания» и статей нового Договора о СНВ, сохранить минимум терминов и определений, уведомлений и контрольно-инспекционных процедур для ПГРК. Исключить даже упоминание о Воткинском машиностроительном заводе и процедурах постоянного наблюдения. Заявить американской стороне о прекращении дальнейшего присутствия американских инспекторов при ликвидации ракет.

Предложить американским наблюдателям покинуть завод, а высвободившийся жилой комплекс передать ветеранам завода и бесквартирным военпредам.

Мидыхат Петрович ВИЛЬДАНОВ – Заслуженный военный специалист РФ, профессор АВН, кандидат военных наук, генерал-майор запаса