Главная / Геополитика / Геополитика

Геополитика

Дракон готовится к прыжку
Но пока его цель - только рынок оружия

Военный парад в большинстве случаев – это не только торжественное мероприятие, приуроченное к той или иной знаменательной в жизни государства дате, но и весьма доходчивый военно-политический месседж, направленный зарубежным партнерам. Недавно прошедший парад по случаю 60-летия Китайской Народной Республики – лучшее тому подтверждение. Демонстрация военных возможностей Поднебесной вышла весьма убедительной. Китай показал, что ему есть чем отстоять свою точку зрения на роль и место своей страны на «глобальной шахматной доске».

Игорь КОШУКОВ

В том, что у НОАК для этого достаточно личного состава, никто не сомневается – статус крупнейшей по численности армии мира она удерживаете уже давно. На действительной военной службе в НОАК состоят 2250000 человек, мобилизационный резерв – около 400 млн. человек. Однако в ближайшей перспективе Вооруженные Силы КНР намерены заметно видоизмениться. В течение двух-трех лет предполагается сократить численность НОАК на 700 тысяч человек в рамках реформы, цель которой – повышение оснащенности современным оружием. Сокращения в первую очередь коснутся Сухопутных войск, в то же время численность личного состава ВВС и ВМС увеличится. Научно-технический потенциал для этого у Китая имеется, что и было продемонстрировано в ходе прошедшего парада.

Всего на параде было представлено 52 вида военной техники национального производства, многие из которых были публично презентованы впервые. В воздушной части парада задействовали 151 летательный аппарат.

За минувшие со дня своего образования 60 лет Китай проделал огромный путь. Начав фактически с нуля, китайцы сумели сделать свою страну одной из ведущих держав планеты, имеющую определенные компетенции в наиболее передовых отраслях науки и техники. Правда, справедливости ради стоит отметить, что такое положение вещей имело важнейшие стимулы в виде двух разнесенных по времени внешних интеллектуальных «вливаний». Первое из них пришлось на полтора послевоенных десятилетия, когда СССР передавал братскому Китаю все то, чем располагал сам. Фактически, промышленность КНР была создана Советским Союзом – великому соседу полностью передавались технологические цепочки на всех уровнях, начиная от бытовых приборов, и заканчивая ракетной техникой и производством ядерного оружия. Свою косвенную роль в становлении космической и ядерной программ тогда сыграли и США, в ходе пресловутой «охоты на ведьм» заставившие вернуться на родину выдающегося ученого Цянь Сюэсэня, долгое время работавшего в Америке. Цянь Сюэсэнь был убежден, что КНР в состоянии догнать Запад в области технологий, и активно занялся созданию атомной, ракетной и космической отраслей. Также он уделял большое внимание подготовке молодых специалистов, фактически заложив в КНР то, что обычно называется научной школой и не достигается за счет каких бы то ни было внешних заимствований.

Второй этап наращивания технологических возможностей Китая, начавшийся после застоя, вызванного разрывом Мао с СССР, пришелся на 80-90 годы, когда США, Европа и Япония начали массовое выведение в Поднебесную собственных производственных мощностей. В результате КНР превратился в «мировую фабрику», снабжающую товарами массового потребления весь Земной шар. Также заметно улучшить свой технологический потенциал, причем в первую очередь в сфере ОПК, Пекину позволил развал СССР, когда в смутные 90-е «оборонка» России, Украины и Белоруссии оказалась предоставленной сама себе и вынуждена была выживать за счет поставок на экспорт самой современной боевой техники и оборонных технологий. Многое было поставлено вполне легально, многое можно списать на технический шпионаж и недальновидную (а иногда и преступную) политику российских чиновников различного уровня, действовавших по известному принципу «после меня хоть потоп». В то же время, по сравнению с первоначальным периодом становления своей промышленности, к настоящему времени Китай вырастил уже несколько поколений ученых и инженеров, способных вносить свою лепту в зарубежные конструкции. 

Результатом этих тенденций, собственно и является современный парк вооружений НОАК. Китайская оборонная промышленность ушла от прямого копирования каких-то определенных образцов, как это было раньше. Сегодня вооружение китайской армии сочетает в себе черты как российских, так и западных образцов, при этом сдобренных собственными наработками. Если посмотреть на технику, задействованную в параде в честь 60-летия КНР, то, пожалуй, наиболее наглядно эта тенденция проявляется в сухопутных вооружениях.

Одной из новинок, впервые показанных в Пекине 1 октября, стал танк Тип 99G, являющийся на сегодняшний день наиболее совершенным серийным образцом ОБТ, состоящим на вооружении НОАК. Эта машина представляет собой глубокую модернизацию китайского клона нашего Т-72. По имеющейся информации, танк оснащен модульной динамической защитой, способной противостоять тандемным кумулятивным снарядам. Башня сварная, по очертаниям напоминающая западные танки. Машина оснащена лазерной системой активной защиты JD-3. Установленная в левой задней части башни, JD-3 способна обнаруживать облучение танка лазерным дальномером, после чего дает команду на разворот башни в направлении источника излучения. Затем включается лазерный луч слабой мощности – с помощью него определяется точное местонахождение цели, после чего мощность луча возрастает до максимального уровня, что позволяет вывести из строя оптические средства наведения или поразить зрение вражеского оператора. По всей видимости, этот комплекс рассчитан в первую очередь для противодействия российскому ПТРК «Корнет-Э», в котором реализован принцип наведения «вижу-стреляю», при котором оператор должен держать вражеский танк в перекрестье прицела до момента попадания ракеты в цель. Однако в этом случае, JD-3 будет эффективен по преимуществу на больших дальностях стрельбы (максимальная дальность пуска ПТРК «Корнет-Э» – 5500 метров). А на дистанции до 1000 метров Тип 99G, скорее всего, просто не успеет развернуть башню в сторону противника. Расчет тут может быть примерно такой: максимальная скорость вращения башни российского Т-90 – 24 градуса в секунду. Если предположить, что у танка Тип 99G она такая же, значит разворот башни на 180 градусов занимает 7,5 секунд. В то же время, скорость полета ракеты ПТРК «Корнет-Э» – около 200 метров в секунду. Таким образом, для того, чтобы поразить цель на дальности 1000 метров, расчету «Корнета» надо около 5 секунд.

Танк Тип 99G имеет комплекс управляемого вооружения, который, по всей видимости, аналогичен российскому комплексу «Рефлекс». В КНР заявили, что для нового танка создан подкалиберный снаряд, имеющий бронепробиваемость около 850 мм. Однако, по мнению специалистов, китайские разработчики умолчали, что речь идет об обычной конструкционной стали. По броневой плите бронепробиваемость китайского снаряда, по всей видимости, не превышает 600 мм, что не является уникальным достижением.

Одна из важнейших характеристик современного ОБТ – подвижность, обеспечивающаяся мощностью двигателя. Китайские источники указывают, что на танке Тип 99G установлен двигатель мощностью 1500 л.с. Известно, однако, что силовая установка машины представляет собой лицензионный вариант германского танкового двигателя MTU MB 871 Ka-501. Номинальная мощность немецкого прототипа – 1200 л.с. Не ясно, каким образом в КНР сумели (и сумели ли действительно) увеличить мощность этого мотора сразу на 300 л.с. Процесс форсирования современного танкового двигателя при условии сохранения приемлемых параметров ресурса – дело весьма непростое. Известно, в частности, что конструкторам нашего ЧТЗ разница в 60 л.с. между двигателем В-46 мощностью 780 л.с. и двигателем В-84 мощностью 840 л.с. далась очень тяжело. Была проделана очень большая работа по цилиндро-поршневой группе, по приводным механизмам. А тут сразу скачек с 300 «лошадей». Это шаг достаточно серьезный, и для реализации заявленной мощности китайцам необходимо было провести обширный комплекс мероприятий. Направления работы – это цилиндро-поршневая группа, топливная аппаратура, системы впуска и выпуска. В состоянии ли китайские инженеры выполнить эту работу – не ясно. Ведь известно, что двигателестроение, будь то моторы внутреннего сгорания или авиационные турбореактивные двигатели – слабое место китайской промышленности. 

Другими словами, в случае с танком Тип 99G, как и со многими другими новыми образцами вооружения из Поднебесной, не совсем ясно, где кончается PR и начинаются реальные боевые и эксплуатационные характеристики вооружения.

Среди других новинок бронетехники, представленных на параде 1 октября, можно отметить новый, построенный по модульному принципу бронетранспортер с колесной формулой 8х8 ZBL-09. Конструкция этой машины выглядит прямым заимствованием разработанного фирмой MOWAG модульного БТР Piranha.

Интересна и новая плавающая БМП, предназначенная для доставки морских пехотинцев с десантного корабля или корабля-дока на берег, находящийся на значительном удалении. БМП, получившая обозначение ZBD-2000, построена на основе машины Тип 97, которая в свою очередь, является китайской вариацией на тему БМП-3. Принципиальным отличием обеих китайских БМП от российского прототипа является перенос силовой установки в переднюю часть машины.  В носовой и кормовой частях корпуса ZBD-2000 установлены специальные аппарели с мощными гидравлическими приводами, которые в рабочем состоянии увеличивают глиссирующую поверхность боевой машины. Для обеспечения высокой скорости хода на плаву ZBD-2000 имеет более мощную, чем у БМП Тип 97, силовую установку, сопряженную с водометными движителями. Вооружение ZBD-2000 составляет лицензионный вариант российской 30-мм пушки 2А72. Она установлена в такой же, как и у БМП Тип 97 башне (аналогичная российскому боевому модулю «Бахча»), однако у флотской машины отсутствует 100-мм пушка. В целом, по компоновке ZBD-2000 напоминает перспективную американскую экспедиционную боевую машина корпуса морской пехоты EFV. Но если принятие на вооружение EFV планируется в 2015 г., то НОАК уже получила машину, «почти такую же, только дешевле».

Наибольший интерес у экспертов и комментаторов на параде по случаю 60-летия КНР вызвали ракетные комплексы НОАК, в первую очередь – МБР. Китайцы продемонстрировали подвижный грунтовой комплекс DF-31A с твердотопливной трехступенчатой ракетой, оснащенной разделяющейся головной частью и тремя боевыми блоками малой мощности. Считается, что DF-31A – это первый китайский мобильный ракетный комплекс, который может поражать цели на территории США. DF-31A имеет максимальную дальность пуска около 10 тысяч километров, а боевые блоки оснащены комплексом средств преодоления ПРО. Время развертывания и подготовки к пуску – 10-15 минут. Это неплохой показатель, однако, комплексы базируются не на едином многоосном шасси, а на тягаче с полуприцепом, что, естественно, снижает внедорожные характеристики, а значит и мобильность DF-31A. Но по сравнению с жидкостными шахтными МБР DF-5, еще до недавнего времени составлявшими основу ракетно-ядерного потенциала КНР – новые DF-31 и DF-31A являются огромным шагом вперед. Если DF-5 стали плодом первой, советской волны технологического «интервенции», то DF-31 и DF-31A, в которых просматриваются черты российских «Тополей», являются результатом второго интеллектуального рывка китайских конструкторов, основанного на сотрудничестве с Россией и странами Запада в 80-90 годы.

Первоначально ожидалось, что на параде 2009 г. китайцы продемонстрируют свою новейшую разработку в сфере МБР – комплекс DF-41, имеющий дальность полета 11-13 тысяч километров и РГЧ с 10 боевыми блоками. Однако этого не произошло. По всей видимости, работы по созданию нового комплекса еще далеки от завершения. 

Большой интерес у наблюдателей вызвала крылатая ракета DH-10 (по другой версии – CJ-10). Этот комплекс представляет собой мобильную установку на четырехосном шасси повышенной проходимости с тремя транспортно-пусковыми контейнерами. Ракета предназначена для точного поражения наземных целей в радиусе до 1500 км. Предполагается, что она имеет комбинированную систему наведения, объединяющую инерциальную, корреляционную по контуру рельефа местности и спутниковую системы наведения. Ракета может иметь ядерную или обычную боевую часть. Прототипом DH-10 стала советская ракета Х-55, предназначенная для вооружения самолетов стратегической авиации Ту-95МС и Ту-160. Х-55 попала в Китай (а также в Иран) в 2001 г. с Украины. Считается, что Китай уже располагает 200 подобными ракетами. Большая их часть размещена в южной части страны и нацелена на Тайвань.

Еще одна новая китайская ракета – баллистическая, средней дальности DF-21C имеет дальность полета 1700 км и полезную нагрузку 2000 кг. Считается, что один из вариантов DF-21C может быть использован как «убийца» авианосцев – такая функция этой БР также является полезной для давления на Тайвань.

Среди средств ПВО, принявших участие 1 октября в параде на площади Тяньаньмэнь, стоит отметить ЗРК среднего радиуса действия HQ-9, который однозначно идентифицируется как китайский клон российской системы ряда С-300П. В соответствии с информацией разработчиков, HQ-9 имеет дальность стрельбы от 7 до 125 км, может перехватывать управляемые ракеты на дальности 1-18 км, крылатые ракеты – 7-15 км, а баллистические ракеты – 7-25 км,  одновременно сопровождает до 48 целей. По своим характеристикам HQ-9 в целом уступает современным модификациям ЗРС ряда С-300П. Однако за счет более низкой цены эта система может составить конкуренцию на мировом рынке отечественным средствам ПВО средней дальности. В целом, судя по технике, представленной на параде, КНР в сфере создания систем ПВО еще не добилась собственных заметных результатов и пока остается на уровне копирования зарубежных образцов, которые активно продвигаются на экспорт.

Воздушная часть парада по случаю 60-летней годовщины КНР особых сюрпризов не преподнесла, за исключением, пожалуй, самолета РЛДН KJ-2000. Известно, что первоначально КНР планировала заказать самолет РЛДН за рубежом – он должен был представлять собой российский планер, аналогичный А-50, с израильским радиотехническим комплексом. Однако после того, как Израиль под нажимом США в 2000 г. вышел из этого проекта, в КНР решили создать радиотехнический комплекс своими силами. Первый полет KJ-2000 совершил в 2003 г., к настоящему времени построено 4 самолета этого типа на базе транспортных Ил-76МД, приобретенных Китаем в 90-х годах в России и Узбекистане. Надо сказать, что до сих пор остается нереализованным заключенный в 2005 г. контракт на поставку КНР 34-х Ил-76МД и 4-х заправщиков Ил-78 новой постройки. В России в настоящее время ведется работа по налаживанию производства Ил-76 (Ил-476) на Ульяновском авиационном заводе. Москва все еще не теряет надежды реализовать этот контракт с Китаем, кроме того, новые транспортники нужны как ВВС РФ, так и другим зарубежным покупателям. Китайские специалисты заявляют, что получив солидный опыт разработки самолетов РЛДН, готовы строить дешевые системы этого типа по иностранным заказам, однако проблема выбора платформы для китайских АВАКСов по-прежнему остается актуальной.  

Надо сказать, что КНР имеет большие амбиции по завоеванию мирового рынка боевой авиации. Главными прорывными продуктами на этом рынке могут стать истребители J-10 и FC-1, а в перспективе, возможно, и J-11В – китайский многоцелевой тяжелый истребитель, созданный на базе лицензионного Су-27. Однако китайцы пока не могут наладить собственное производство двигателей для них, и вынуждены обходиться закупками в России моторов АЛ-31ФН и РД-93. Так что пока Россия, в зависимости от собственных интересов на том или ином рынке, может либо исключать возможность конкуренции со стороны Китая (не давая разрешения на реэкспорт своих двигателей), либо работая в кооперации с КНР.

В заключении хотелось бы обратить внимание на некоторые второстепенные штрихи, дополняющие общую картину современного уровня развития китайской высокотехнологичной промышленности.

Большая часть легкобронированных боевых машин, участвовавших в параде, были оснащены ПТУР HJ-73C, представляющего собой развитие скопированного некогда советского ПТУР первого поколения «Малютка». Несмотря на несколько этапов модернизации, комплекс уже явно устарел, однако до сих пор применяется в качестве дополнительного оружия на самых современных образцах китайских боевых машин.

В ходе воздушной части парада была продемонстрирована имитация дозаправки в воздухе истребителей J-10 самолетами-танкерами H-6U (китайский вариант Ту-16). Однако это была имитация в полном смысле слова – конусы топливных шлангов H-6U болтались на довольно-таки солидном удалении от заправочных штанг J-10. Чем объясняется этот момент – не совсем ясно, то ли недостаточной подготовкой экипажей самолетов-топливозаправщиков и пилотов-истребителей, то ли какими-то сложностями, связанными с технической стороной дела. Однако учитывая тот факт, что H-6U эксплуатируются в ВВС и флотской авиации с середины 90-х, выглядит подобное упрощение на столь серьезном мероприятии, как парад по случаю 60-летия КНР, весьма странно.

И еще один маленький штришок. 1 октября состоялся публичный дебют нового китайского правительственного лимузина FAW Hong Qi HQE. Машина имеет несколько странные дизайн – передней частью напоминая 21-ю «Волгу», задней – «Ролс-Ройс», однако как ни крути – автомобиль свой, китайский. В России парады пока также принимают на отечественных машинах – доставшихся в наследство от СССР фаэтонах ЗИЛ-41044, но лидеры государства, а также высокопоставленные и не очень чиновники давно и прочно пересели на иномарки. При таком подходе все заклинания по поводу необходимости поддержать отечественный автопром с их стороны выглядят несколько лицемерными.

Подводя итог анализу крупнейшей военной демонстрации десятилетия, приходится констатировать, что Китай фактически уже готов к стремительному рывку на мировой рынок оружия с собственной высокотехнологичной продукцией. Пусть она в большинстве случаев не дотягивает по своим характеристикам до уровня новейших российских и западных разработок, однако относительно дешева. А ведь цена является далеко не последним фактором для небогатых покупателей оружия из развивающихся стран. Другими словами, в недалекой перспективе позиции России в мировой иерархии крупнейших поставщиков продукции военного назначения могут серьезно пострадать. Единственный реальный путь выхода из этого тупика – скорейшая смена поколений серийно производящегося оружия. Ведь КНР пока еще находится на этапе освоения производства самолетов, танков, ракетных комплексов, находящихся на той ступеньке развития, которую на Западе и в России либо уже перешагнули, либо готовятся перешагнуть. По темпам военных разработок Россия заметно отстала от американских и европейских конкурентов. Поэтому фактор времени в этой ситуации приобретает для нас критически важное значение.