Главная / Главная тема / Главная тема

Главная тема

Разоружаться можно только в честном мире
Отказаться, даже взаимно, от ядерного оружия сегодня – значит оставить Россию беззащитной завтра

 

Президент РФ Дмитрий Медведев инспектирует Тейковскую ракетную дивизию.

После устойчиво вялой «переговорной» ситуации последних лет в сфере ядерных вооружений, начало 2009 г. принесло предвестье крупномасштабных «инициатив» США. В прессе муссируется цифра сокращения ядерных арсеналов на 80% и, как нечто неопровержимое, утверждается, что Россия не сможет отказаться от подобных предложений Америки без риска выглядеть «в глазах всего мира» чуть ли не поджигателем мировой войны.

Сергей БРЕЗКУН

Однако так ли это? И есть ли у кого-либо во внешнем мире право предъявлять России какие-либо моральные (да и любые другие) претензии? И какой должна быть, и может быть перспективная внешняя политика России в вопросах, касающихся ядерных вооружений?

Ответы на эти вопросы настолько же очевидны, насколько и неудобны для многих как вне России, так и – увы – внутри нее. Но дать их надо.

10 февраля 2009 г. на сайте Фонда стратегической культуры (www.fondsk.ru) была размещена статья генерал-полковника Л.Г. Ивашова «Россия – США: перспективы ядерного сдерживания», которая начинается так: «Американское – пока еще полуофициальное – предложение, а скорее политический намек на возможность сокращения на 80% ядерных арсеналов России и США, на первый взгляд действительно заманчиво. Однако – лишь на первый, ибо содержит много подводных камней».

В целом я рекомендую анализ Л.Г. Ивашова заинтересованному читателю, однако с одним в его статье категорически не согласен – с оценкой позиции США как хотя бы внешне заманчивой. Ничего заманчивого для России (да и для всего мира) в позиции Вашингтона нет. И не в «подводных камнях» закавыка, а в том, что позиция США – единый «подводный риф», не отвернув от которого, «корабль» Российского государства получит последнюю «пробоину» и быстро отправится на дно вместе с капитаном, «командой» и всеми «пассажирами».

Логической точкой может стать оккупация РФ под флагом ООН под тем или иным «благовидным» предлогом, например – после спровоцированной ядерной катастрофы с ЯО на территории РФ и ультиматума с требованием провести полное ядерное разоружение России как страны, не способной более управлять своим ядерным арсеналом.

Вашингтон пошел на переговоры и договоры лишь потому, что за счет мощных усилий Советского Союза ракетно-ядерное превосходство Соединенных Штатов быстро сокращалось.

Может обойтись без катастрофы и оккупации. Однако общий курс США в «формате Обамы» ясен – окончательно, превратить Россию в слаборазвитый сырьевой полуколониальный придаток и затем диктовать ее народам волю Запада без какого-либо опасения возрождения России. И если это произойдет, остальному миру я, к слову, тоже не завидую.

Что же до инициатив США, то приведу слова капитан-лейтенанта П.Н. Головина, который, после обследования по поручению Морского ведомства положения дел в Русской Америке, в своем отчете от 20 октября 1861 г. написал: «Что же касается до упрочения дружественных отношений России с Соединенными Штатами, то можно сказать положительно, что сочувствие к нам американцев будет проявляться до тех пор, пока оно их ни к чему не обязывает или пока это для них выгодно; жертвовать же своими интересами для простых убеждений американцы никогда не будут».

Блестящая констатация – на все времена! США никогда, никому и никак не уступали и не способны уступать там, где они чувствуют себя сильными. США несколько последних лет открыто игнорировали проблему стратегических вооружений, потому что Америка в военно-техническом отношении все более усиливается, а Россия слабеет. И вдруг Америка выступает с инициативами о возобновлении переговорного процесса, а респектабельная «Таймс» запускает в умы ошеломляющую цифру 80-процентных сокращений.

С чего бы это?

Формальным поводом называют исчерпание сроков договора СНВ-1. Однако 24 мая 2002 г. Путин и Буш подписали Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов. Весной 2003 г. он был ратифицирован обеими сторонами. Договор СНП невнятен, расплывчат, дает преимущества США и даже от него России надо бы отказаться, но, в отличие от «старого» СНВ-2, СНП устанавливает: «Каждая из сторон сама определяет состав и структуру своих стратегических наступательных вооружений». То есть – Договор СНП сохраняет российские межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) с разделяющимися головными частями (РГЧ), в том числе – «тяжелую»

Р-36М2 (по классификации НАТО – «Сатана»). Причем СНП – это официально действующий договор, определяющий суммарный потолок стратегических ядерных боезарядов в 1700-2200 единиц. Он остается в силе до 31 декабря 2012 г., и ссылка на окончание действия СНВ-1 несостоятельна.

США никогда, никому и никак не уступали и не способны уступать там, где они чувствуют себя сильными.

 

Так почему Америка вдруг заспешила? Что ж, на этот вопрос я отвечу позже, вначале напомнив историю проблемы. Впервые США пошли на переговоры с СССР об ограничении стратегических вооружений на рубеже 60-х и 70-х годов. 26 мая 1972 г. Никсон и Брежнев подписали «Временное соглашение о некоторых мерах в области ограничения стратегических наступательных вооружений» и Договор об ограничении систем противоракетной обороны (эти документы в совокупности называют «соглашениями ОСВ-1»). Однако США пошли на переговоры и договоры лишь потому, что за счет мощных усилий Советского Союза ракетно-ядерное превосходство Соединенных Штатов быстро сокращалось, возникала ситуация паритета в вооружениях с США, а в перспективе СССР мог иметь в них даже количественный и качественный перевес. Только поэтому Америка начала говорить о сокращении вооружений.

18 июня 1979 г. Брежнев и Картер подписали в Вене то, что называют договором ОСВ-2, то есть – «Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки об ограничении стратегических наступательных вооружений», который должен был действовать до 31 декабря 1985 г., но который США так и не ратифицировали – скорее всего, в предвидении «эры Горбачева», с которой началась бездарная сдача стратегических позиций России. В итоге ОСВ-2 в силу не вступил, зато после прихода к власти Горбачева, в силу вступил процесс разрушения Российской державы.

1 июля 1991 г. была распущена Организация Варшавского договора, а 31 июля 1991 г. Горбачев и Буш-старший после своих седьмых и последних переговоров подписали «Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки об ограничении и сокращении стратегических наступательных вооружений» – СНВ-1. Через год, 17 июня 1992 г., Ельцин и Буш-старший подписали Рамочную договоренность, а 3 января 1993 г. они же подписали Договор между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений, который развивал Рамочную договоренность и который назвали СНВ-2.

Уже СНВ-1 в условиях начинающегося ослабления СССР был объективно для Москвы неприемлем. После же развала Советского Союза России надо было тут же отказываться от СНВ-1, максимально сохраняя свое главное оборонительное средство – ядерные вооружения. Вместо этого тогдашнее руководство России во главе с Ельциным безответственно продолжило разоруженческий процесс в «штатовском» формате, пойдя на СНВ-2.

Для России, с ее концепцией ответного удара по агрессору, непреходяще важно то, какими средствами доставки боезарядов она может располагать для организации такого удара.

В ОСВ-1 и ОСВ-2 речь шла об ограничении носителей и пусковых установок, то есть – средств доставки ядерного оружия. Это был единственно разумный и честный подход. В СНВ-1 впервые появляются, кроме пусковых установок, еще и «боезаряды». А уж СНВ-2 оперировал количествами лишь боезарядов. Так вот, хотел бы я, чтобы кто-то мне внятно разъяснил – почему договорные принципы с какого-то момента вдруг съехали с пусковых установок на боезаряды?

Тогдашнее отношение к СНВ-2 – это настоящая «лакмусовая бумажка» для оценки профессиональной пригодности любого российского эксперта. Если бы тот «договор», безответственно подготовленный командой Козырева-Мамедова при идейном содействии экспертов типа Рогова, Караганова и пр. был выполнен, то уже сегодня Россия лишилась бы своих средств ядерного сдерживания и прежде всего – МБР с РГЧ типа Р-36. Так что любой эксперт, поддерживавший «старый» СНВ-2 и по сей день призывающий Россию к сокращению вооружений, с объективной точки зрения должен навсегда лишен права быть хоть как-то причастным к выработке государственной политики РФ в сфере стратегических вооружений.

Однако подобные «эксперты» и сегодня «на коне». Они мельтешат в Совете Безопасности РФ, дают интервью и т.д. Особенно характерен здесь, конечно, пример Сергея Рогова, но – не только его. Так, член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко пытается наставлять Россию в том, что для нее выгодно, а что – нет. Высказать мнение имеет формальное право каждый. Но имеет ли моральное право пытаться влиять на позицию своей страны тот, кто кормится от щедрот чужого государства? Малашенко использует уже ставшее стандартным для проамериканского лобби в России клише «истеблишмента, привыкшего искать внешнего врага», явно намекая на то, что оставшись без такого «врага», оборонно-промышленный комплекс России лишится, мол, финансирования и поэтому ни за что не пожелает «дружить» с Америкой. Но как Алексей Малашенко объяснит то, что США, уже после якобы окончания «холодной войны», из года в год имеют военный бюджет на уровне более высоком, чем во времена этой якобы закончившейся войны? И разве российский ОПК все эти годы поощрял и развязывал военные конфликты по всему миру?

Возьмем тот же принцип зачета стратегических средств. Для России, с ее концепцией ответного удара по агрессору, непреходяще важно то, какими средствами доставки боезарядов она может располагать для организации такого удара, а не тем, сколько в ее ядерном арсенале находится неких невнятно привязанных к носителям или вообще к ним не привязанных боезарядов. Подсчет ядерных вооружений по количеству зарядов был выгодным и остается выгодным лишь США. Однако не в одном подходе к зачетам суть! Даже это – величина второго и третьего порядка малости. Важнейший вопрос – каким должен быть принципиальный подход России к проблеме переговоров по стратегическим ядерным вооружениям? Нужны ли они России в любом случае?

18 сентября 1959 г. на заседании XIV сессии Генеральной ассамблеи ООН Никита Хрущев обнародовал предложение советского правительства о всеобщем и полном разоружении всех государств.

Думаю, переговоры нужны – хотя бы для того, чтобы выяснить позицию США по важнейшим проблемам бытия мирового сообщества. Но кто и как должен вести переговоры, как они должны освещаться в реальном масштабе времени? Некоторыми из этих вопросов я задавался в электронной публикации на сайте

Фонда стратегической культуры (www.fondsk.ru) 11 февраля 2009 г. и тогда высказывал сомнение – не поведет ли российский МИД нашу страну вновь по тому же сомнительному пути, на который МИДовские, с позволения сказать, «идеологи» столкнули политику России еще в начале 90-х годов? Не перечисляя сейчас всех их «заслуг», среди которых не последнее место занимает всемерное поощрение центробежных процессов в пределах Российского геополитического пространства, напомню лишь о МИДовской авантюре СНВ-2. Не стоит забывать и того, что тогдашнее руководство Минобороны РФ тоже приложило немало усилий для ратификации СНВ-2.

Я убежден, что российско-американские переговоры по проблемам стратегических вооружений с самого начала должны вестись открыто – под публичным контролем, при информировании российской военно-политической общественности об их ходе и содержании в реальном масштабе времени. И не надо ссылаться на якобы секретность и конфиденциальность. Кто честно мыслит, тот честно рассуждает и не боится гласности.

Главное же, что нам в России надо знать и понимать сегодня – это то, что «80-процентные» инициативы Обамы имеют одной из основных целей уничтожение в кратчайшие сроки российских МБР Р-36М2. Я еще вернусь к только что высказанному тезису, а сейчас приведу давнюю, однако, увы, ни в чем не устаревшую оценку бывшего главнокомандующего РВСН СССР с 1985 г., с 12 ноября 1991 г. по май 1992 г. главнокомандующего Стратегическими силами сдерживания, генерала армии Ю.П. Максимова. В своей книге «Записки бывшего главкома стратегических», вышедшей ограниченным тиражом в 1995 г., генерал Максимов писал, что нанесение упреждающего удара по СССР (России) по мнению США возможно только при условии внезапного упреждения, и далее продолжал: «В противном случае оставалась бы опасность ответно-встречного удара (вернее, конечно, говорить о глубоком ответном ударе, – прим. С.Б.) возмездия по США, и это оказывало на них сдерживающее влияние. При этом главным средством для нанесения ответно-встречного удара по США являются наши РВСН. Отсюда такое настойчивое стремление американцев при проведении переговорного процесса сломать сложившуюся у нас структуру СЯС (стратегических ядерных сил) прежде всего за счет ее основы – РВСН и в первую очередь за счет ликвидации наземных ракет с РГЧ…».

Сказанное генералом Максимовым нуждается, впрочем, в некотором уточнении. Упреждающий удар в принципе может иметь не агрессивный характер – если такой удар направлен на срыв уже близкой внешней агрессии и наносится будущей жертвой агрессии. Однако военно-политическое руководство США всегда не столько боялось агрессии со стороны СССР, сколько мечтало о собственной безнаказанной агрессии против Советского Союза, и явно намерено предпринять очередную попытку создать для нее военно-технические предпосылки. Вот суть «пошедшего процесса» в «формате Обамы».

Причем можно и нужно говорить о согласованной антироссийской позиции всего Запада. Вот краткий обзор того, как только в последнее время формировался соответствующий «идейный» базис в средствах массовой информации.

В ноябре 2008 г. президент Франции Н. Саркози заявил о желательности курса на глобальное ядерное разоружение и призвал США и РФ заключить новый Договор о сокращении ядерных вооружений уже к концу 2009 г. Саркози говорил также о необходимости отказа от ракет средней и малой дальности.

В ноябре 2008 г. два влиятельных американских автора И. Даалдер и Я. Лодал публикуют статью «Логика ноля. Вперед к миру без ядерного оружия», где утверждают, что США должны руководить движением к миру без ядерного оружия, а первым шагом должно быть крупное сокращение ядерных арсеналов и «изменение их задач».

Отказаться, даже взаимно, от ядерного оружия сегодня – значит оставить Россию беззащитной завтра.

В ноябре же 2008 г. появляется статья директора Ассоциации по контролю над вооружениями Д. Кимбалла «Изменим ядерную политику? Да, мы сможем», где говорится о возможности глубокого сокращения ядерных арсеналов России и США до 1000 единиц и менее уже к 2012 г.

В январе 2009 г. американский журнал Wall Street Journal публикует статью председателя сенатского комитета по безопасности Дианы Файнштейн «Давайте двигаться к безъядерному миру» с критикой ядерной политики администрации Буша и призывом к Обаме вести мир к миру без ЯО.

В феврале 2009 г. на ядерные темы рассуждает в Newsweek Генри Киссинджер, и многие его намеки и идеи лично для меня выглядят зловеще, начиная с его провокационного, подстрекательского заявления о том, что у Индии и Пакистана имеются-де «локальные стимулы для применения ядерного оружия». Взвешенная оценка роли ядерного фактора в этом регионе должна быть иной, призывающей Индию и Пакистан к мышлению в категориях взаимного регионального ядерного сдерживания.

Вместе с экс-сенатором Сэмом Нанном, экс-министром обороны Уильямом Перри и экс-госсекретарем Джорджем Шульцем, Киссинджер публикует рекомендации по систематическому сокращению и «конечному устранению угрозы» со стороны ЯО, где заявляется, что конечная цель – планета без ядерного оружия, и что эту цель якобы провозглашали все президенты США, начиная с Эйзенхауэра. Наглость последнего заявления я проиллюстрирую позже, а сейчас напомню, что, будучи еще министром «обороны» (последнее слово применительно к политике Вашингтона давно пора брать в кавычки) США, Перри 27 февраля 1995 г. на конференции Американского легиона заявлял: «Советский (именно так! – прим. С.Б.) ядерный комплекс подобен Гидре – многоглавому чудовищу из греческой мифологии; бесполезно просто отсекать боеголовки, надо уничтожить само чудовище, иначе появятся новые боеголовки».

Требуются комментарии?

Показательные материалы появились в конце 2008 г. в английской газете Guardian. В статье министра иностранных дел Великобритании Д. Милибенда рефреном звучит все-то же: «Мир без ядерного оружия». Милибенд «глубокомысленно» отмечает, что Британия осуществляет, мол, гарантированное ядерное сдерживание за счет всего одной системы ЯО и прогрессивно сокращает свой ядерный арсенал, продвигаясь к цели безъядерного мира, которая является и целью Обамы. При этом британский министр видит суть проблемы именно в российско-американских переговорах о существенном сокращении ядерных арсеналов РФ и США.

Сразу же, в скобках, спрошу: 1) С какими задачами, кого и с какой целевой обстановкой сдерживает туманный Альбион – Швейцарию, Сомали или, возможно, Индию? На какую столицу нацелены британские БРПЛ – на Вашингтон, или, все же, на Москву? 2) Почему Милибенд сам не рвется включиться в переговорный процесс третьей стороной, и не приглашает в компанию переговорщиков Саркози, якобы обуянного идеей безъядерного мира, и Китай?

Хотя, как я понимаю, элита Британии к последнему вопросу Америкой подготовлена и вряд ли будет возражать, если неполные две сотни зарядов в британском ядерном арсенале сократятся даже вдвое. Да и Франция, похоже, готова «сократиться» – вместе с бриттами «указывая путь» России. Однако имеют ли англо-французы право морально давить на нас? Для Англии и Франции их ЯО имело и имеет «статусный» характер и не более того! Ведь авторы Энергетической хартии НАТО на природные ресурсы той же Франции не претендуют.

Да, стройно согласованный якобы антиядерный «хор» Запада возникает сейчас не случайно, как не случайно в западной печати начинают «критиковать» политику Джорджа Буша-младшего, включая позицию США по поддержанию в готовности Невадского полигона. При этом требуют ратификации Соединенными Штатами Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ) и отказа от новых разработок ЯО. Начинает формироваться привлекательный для профанов образ «глобального ядерного нуля».

Нынешняя PR-шумиха до боли напоминает мне ситуацию конца 90-х годов, когда российский ядерный оружейный комплекс вели на «плаху» ДВЗЯИ. Вот неполная хроника сентября 1998 г. Выдвинута шведско-ирландская инициатива по ускорению процесса ядерного разоружения. Ряд западных экспертов заявляет о постепенном размывании позиций Запада в результате усиливающейся антиядерной волны. Лейбористское правительство Англии критикует политику предшественников и замораживает количество боеголовок. Франция свои меры по отказу от скромной наземной компоненты ядерных сил и «закрытию» (фактически – глубокой консервации) Тихоокеанского полигона подает как шаги к ядерному разоружению. К давлению на Россию в целях ее согласия на ДВЗЯИ не подключали тогда разве что «суверенных» пингвинов в Антарктике.

Итог известен – Россия ратифицировала ДВЗЯИ, США – нет. И чтобы закрыть в этой статье тему возможной готовности администрации Обамы ратифицировать ДВЗЯИ, скажу, что не исключаю такой ратификации, которая будет широко подана как одна из великих «уступок» США России. «Фокус» здесь прост! США намечали возобновление ЯИ на примерно 2012 г. Если Америка, ратифицировав ДВЗЯИ, добьется от России уничтожения МБР Р-36М2 к 2012 г., то затем, сославшись на высшие национальные интересы, она сможет быстро выйти из ДВЗЯИ и начать испытания. Русский же медведь будет иметь полное право готовиться к закланию.

Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун в статье «Пять шагов к безъядерному миру» в конце прошлого года заявил: «Досадно, что доктрина ядерного сдерживания так заразительна и увеличивает риск того, что ядерное оружие может быть использовано». Пан Ги Мун считает, что официальные ядерные державы должны подтвердить свои обязательства по эффективным шагам к ядерному разоружению.

Но «тревога» генсека ООН просто необъяснима на фоне уже более шести десятилетий глобального мира, прочность которого за этот период не раз подвергалась испытаниям, но выдержала даже самые тяжелые из них, имея ядерный фундамент. Что же до обязательств по ДНЯО, напомню то, что «пан ги муны» обычно «упускают из виду». Да, идеи ограничения и ликвидации ЯВ закреплены в статье VI ДНЯО, где сказано, что каждый участник «…обязуется в духе доброй воли вести переговоры об эффективных мерах по прекращению гонки ядерных вооружений в ближайшем будущем и ядерному разоружению…». Однако далее в статье VI идут следующие слова: «а также о договоре о всеобщем и полном разоружении под строгим и эффективным международным контролем».

Поэтому разговоры лишь о ядерном разоружении со ссылкой на ДНЯО – это принципиальное искажение сути статьи VI, где вопрос переговоров о ядерном разоружении непосредственно и неразрывно связывается с переговорами о всеобщем и полном разоружении. Готов ли якобы «миролюбивый» Запад к таким переговорам?

Нет, конечно, как не был он готов к ним и ранее. И поскольку многое ныне прочно забыто, говоря о настоящем и будущем, нельзя обойтись без обращения к истории вопроса. «Атомные» успехи СССР привели к тому, что в 1952 г. была образована совещательная Комиссия ООН по разоружению, а с 1954 г. действовал ее подкомитет (СССР, Англия, Канада, США, Франция), первая сессия которого проходила в Лондоне с 13 мая по 22 июня 1954 г. 11 июня 1954 г. Англия и Франция совместно представили на рассмотрение неофициального заседания подкомитета меморандум, ставший реакцией на внесение советской делегацией 11-го же июня «Основных положений проекта международной конвенции о запрещении атомного, водородного и другого оружия массового уничтожения, существенном сокращении вооружений и вооруженных сил и установлении международного контроля за соблюдением этой конвенции».

Англо-французский меморандум содержал проект договора о разоружении, который предусматривал поэтапно: а) сокращение вооруженных сил и обычных вооружений на 50%; б) о сокращении войск и вооружений – прекращение производства оружия массового поражения, включая ядерное; в) дальнейшее сокращение вооруженных сил и обычных вооружений на 50%; г) полное запрещение ядерного оружия и изъятие его из вооружений. В переходный период применение ЯО допускалось «в целях обороны против агрессии».

Проект был неплох, и на IX сессии Генеральной ассамблеи ООН в сентябре 1954 г. Советский Союз согласился взять его за основу, заявив, что проект не противоречит принципам, отстаиваемым СССР по данному вопросу.

Редакционная статья The New York Times в номере за 14 октября 1954 г. назвала советские предложения «ловушкой, в которой Запад мог бы запутаться». Ничего не скажешь – точная оценка! Ведь запутаться можно только тогда, когда ведешь двойную игру. Имея доброкачественную позицию ни люди, ни страны не запутываются.

США готовы применить военную силу в любом регионе мира.

 

10 мая 1955 г. СССР выступил с уточненной программой разоружения, которая предусматривала: заключение Международной конвенции о сокращении вооружений и запрещении ядерного оружия; сокращение вооруженных сил и вооружений по западному графику двумя этапами в течение 1956-1957 гг.; прекращение в 1957 г. производства ядерного оружия; образование в рамках деятельности контрольного органа на территориях соответствующих государств на взаимных началах контрольных постов в крупных портах, на железнодорожных узлах, автомагистралях, аэродромах с целью предупреждения внезапного нападения одного государства на другое.

И тогда Запад свернул дискуссию в лондонском подкомитете Комиссии ООН по разоружению, а американский представитель заявил, что компромисса-де в вопросе о сокращении вооружений достичь нельзя. Напомню, что СССР был в это время по всему периметру окружен сетью баз США, расположенных в ряде стран.

27 марта 1957 г. Советский Союз предложил в рамках мер по контролю над вооружениями отдать под контроль компетентного международного органа следующие объекты: военные части, склады военного снаряжения и боеприпасов, сухопутные, военно-морские и военно-воздушные базы, заводы, производящие вооружение и боеприпасы обычного типа. Запад вновь уклонился.

Подлинный же «момент истины» наступил для Запада 18 сентября 1959 г. в 3 часа дня по нью-йоркскому времени на заседании XIV сессии Генеральной ассамблеи ООН, когда Хрущев обнародовал в своей речи предложение советского правительства о всеобщем и полном разоружении всех государств. Предлагалось всеобщее и полное разоружение в три этапа в срок четыре года.

Первый этап: под международным контролем проводится существенное сокращение обычных вооруженных сил и вооружений.

Второй этап: завершается ликвидация оставшихся контингентов этих вооруженных сил, и ликвидируются военные базы на чужих территориях.

Третий этап: уничтожаются все виды ядерного и ракетного вооружения и проводятся завершающие мероприятия по всеобщему и полному разоружению.

В системном отношении план Хрущева был безупречен именно потому, что ядерное разоружение предусматривалось в нем в последнюю очередь. Тут все было логично. Из политической жизни планеты надо вначале убрать то оружие, которым реально воюют. А ядерное оружие, которым война сдерживается, при этом страхует и гарантирует необратимость обычного разоружения. Только после того, как ведущие государства мира на деле докажут свою готовность исключить силу из практики и теории международных отношений, можно свернуть и ядерные вооружения.

При этом первоначальная идея о ядерном разоружении как завершающей акции принадлежала Западу, который тогда беспокоило превосходство Востока в обычных вооружениях. Этот момент тоже не мешает помнить сегодня тем, кто торопит с ядерным разоружением еще до того, как будет проведено разоружение обычное. Отказаться, даже взаимно, от ядерного оружия сегодня – значит оставить Россию беззащитной завтра.

В реальном масштабе времени на советский план было много положительных откликов. Приведу лишь один: глава англиканской церкви архиепископ Кентерберийский Джеффри Фишер заявил: «Я удивлен, что ни одна христианская организация не выступила с комментариями по поводу заявления г-на Хрущева о разоружении, сделанного им в Америке. Ни один христианин не мог бы выдвинуть лучшего плана, чем этот».

Формально план Хрущева был ООН поддержан. Иначе быть не могло. Как заявил один из американских дипломатов, «самое ужасное, это то, что нельзя быть против данного плана». Фактически же план был похоронен в Комитете 10 государств по разоружению. Так что вольно Генри Киссинджеру лгать в 2009 г. насчет того, что американские президенты, начиная с Эйзенхауэра, страстно мечтали-де о вечном мире в безъядерном мире.

На этом мы с историей, пожалуй, закончим. Дальнейшие рассуждения будут касаться лишь злобы дня, и начну я с вопроса: «Почему Америка так вдруг заспешила с ядерным чуть ли не разоружением?» На мой взгляд, дело – кроме прочего – вот в чем. Даже без разработки и производства новой российской «тяжелой» МБР, имеющиеся шахтные МБР

Р-36М2 могут находиться в арсенале России не менее чем до 2015 г., а до этого в мире, в Российской Федерации и в пределах Российского геополитического пространства многое может измениться кардинально. Например, в РФ может быть осознана необходимость широкой национализации и перехода к чему-то вроде государственного капитализма с сильной внутренней социальной, культурной, образовательной и научно-технической политикой, и с внешней политикой, ориентированной на добровольное воссоединение многих бывших союзных республик (славянских, среднеазиатских, кавказских и т.д.) в единое федеративное государство. Это будет автоматически означать восстановление единства нации, исключение сырьевой эксплуатации России Западом, усиление роли и влияния Москвы и т.д. При этом все попытки силового давления на Россию при наличии в ее распоряжении сильных СЯС с сильными РВСН, обладающими «тяжелыми» МБР, будут обречены на провал.

Серьезные конструктивные изменения по всем направлениям могут начаться в России уже через два-три года, а это – 2011-2012 гг. И тогда на протяжении не менее чем трех лет – до 2015 г., успех и неприкосновенность возрождения России будут гарантированы наличием у нее количественно мощных СЯС с основой в виде примерно 1000 стойких боевых блоков (ББ) на «тяжелых» МБР

Р-36М2.

Кроме того – шахтные УР-100Н УТТХ, шахтные и мобильные «Тополь-М», БРПЛ и крылатые ракеты стратегической авиации… С такими СЯС, имеющими в составе различных носителей 2000-2200 боезарядов, а также при наличии нескольких тысяч единиц «регионального» ЯО, Россия вполне в состоянии преодолеть любые испытания без опасности подвергнуться внешней агрессии.

Преодолев же эти испытания, можно быстро количественно и качественно нарастить все виды ЯО. И этим прочно гарантировать внешнюю безопасность новой России и нового Союзного государства.

Спору нет, выше изложен крайне оптимистичный вариант развития событий ближайших лет, но его нельзя назвать невозможным. Он вполне возможен! Но – только в том случае, если Россия будет иметь мощные СЯС, которые могут быть таковыми лишь в том случае, если ни один носитель ЯО не будет снят с боевого дежурства до полного исчерпания срока службы. Поэтому для Америки – как наиболее паразитической державы мира с одной стороны, и лидера и опоры всех антироссийских сил в мире – с другой стороны, жизненно важно исключить возможность сохранения Россией эффективных (то есть, способных осуществлять эффективное сдерживание агрессии) СЯС уже в перспективе ближайших лет.

Вот краткая суть «формата Обамы», к формированию которого сам Барак Обама вряд ли имеет, впрочем, хотя бы малейшее идейное отношение. И приходится лишь удивляться, что некоторые российские эксперты из числа отнюдь не лоббистов США находят в этом формате нечто рациональное и для России приемлемое. Уже сейчас приходится слышать, что у нас носителей, мол, «все равно скоро не будет», а у США с ними проблем нет и нам, мол, поэтому «выгодно» пойти на максимальные сокращения и согласиться даже на 1000 «хороших» (?) боезарядов в арсенале. При этом полностью игнорируется тот несомненный, многократно на протяжении не одного века подтвержденный факт, что «лояльность» американцев к нам возможна лишь в том случае, если она их ни к чему не обязывает или для них выгодна.

Для США выгодна!

Жертвовать же своими интересами во имя интересов России американцы никогда не будут, напоминает нам умный русский офицер из дали веков. И прислушаться к его мнению не мешает всему нынешнему российскому политическому и военному руководству.

А носители? Во-первых, пора бы спросить самих себя – а кто виновен в том, что двадцать лет назад в СЯС СССР на мощной гамме стратегических носителей имелось более десяти тысяч боезарядов, а сегодня РФ не может «вытянуть» на них даже одну тысячу? Ведь спросить об этом надо. Не для того, чтобы учреждать новые Особые совещания, а для того, чтобы верно выстраивать будущую политику вне и внутри страны.

И если вопрос поставить корректно, то, скорее всего, можно будет найти и способ быстро нарастить количество носителей. Со своей стороны могу назвать тот, где предлагалась идея чрезвычайной разовой (то есть, вне юрисдикции Налогового кодекса РФ) фискальной акции – федеральной подати на нужды стратегической обороны.

Вполне определенным образом можно действовать и во внешнеполитической сфере. После моей электронной статьи «Не поведут ли Россию по старой «смоленской» дороге?», появившейся 11 февраля 2009 г. на сайте Фонда стратегической культуры (www.fondsk.ru), мне пришлось услышать: «Ты пишешь, что США должны делать то, должны это… Ничего они не должны – они чувствуют силу и нахальны. И вопрос в том, как их заставить делать что-то взаимно приемлемое. С ними надо торговаться, а торговаться нам нечем».

Американская ПЛАРБ выходит на боевое патрулирование.

 

Однако надо ли нам торговаться? Торговаться янки умеют, но вряд ли их можно назвать мастерами политических шахмат – даром, что Збигнев Бжезинский написал книгу с названием «Великая шахматная доска»! Дядя Сэм – молодец лишь среди овец, а точнее – баранов. Если янки противостоят те, кто дальше шашек (не боевых, а которые – «раз-два, и в дамки») не пошли, то «игра» получается, но если янки сталкиваются с умным и жестким оппонентом, ситуация меняется. В пользу оппонента!

Вот, например, проблема европейского эшелона ПРО США. Идут разговоры о готовности Вашингтона отказаться от еще физически несуществующей «европейской» ПРО в обмен на уничтожение части физически существующего ракетно-ядерного потенциала России. И разного рода «эксперты» готовы начать «торг». А зачем? Не говоря уже о том, что ПРО США в Европе делает проблематичной позиция народов Европы, можно ведь предполагать и то, что вся предшествующая возня США была затеяна в предвидении возможности розыгрыша Вашингтоном некоего стратегического «гамбита». Напомню, что гамбит – это такое начало шахматной партии, когда белые жертвуют пешкой или даже легкой фигурой для создания атаки. Так не планировалась ли гипотетическая «европейская ПРО» как возможная обдуманная жертва умных янки российским простакам? Если все существенные военно-технические элементы НПРО будут созданы и отработаны, количественно нарастить их будет делом даже не техники, а вполне посильного для США финансирования. При этом отсутствующие «европейские» элементы НПРО Соединенные Штаты смогут компенсировать за счет дополнительного массирования морского, а точнее – океанского, воздушного и космического эшелонов НПРО.

В печати проскальзывают сообщения о том, что ключом-де к ситуации является «пересмотр плана администрации Буша о создании системы ПРО США в Восточной Европе», но делать европейскую ПРО США предметом торга для России глупо. Отказ Вашингтона от нее должен быть одним из необходимых предварительных условий России для начала переговоров. Я понимаю, что данный тезис может показаться наивным хотя бы потому, что факт переговоров уже предрешен предыдущими действиями МИД РФ. Но это не отменяет вопроса о том, насколько состоятелен российский МИД со своей готовностью по-прежнему торговаться на американский манер? К базарному торгу уважающие себя русские люди всегда были не очень-то способны, а вот умно и твердо отстаивать свои интересы наши предки порой умели. Блестящий пример дает нам Сталин на Ялтинской и Потсдамской конференциях. Он там не торговался, а интересы России отстоял. Конечно, за его спиной была могучая военная сила, но ведь за спиной нынешних российских политиков – намного более могучая военная сила – ракетно-ядерная. И мощь ее такова, что позволяет не разгромить агрессора, а заранее удержать его от любого силового решения в части России или ее союзников.

Анализ переговорной ретроспективы, начиная с середины 80-х годов, выявляет следующие ключевые слова для оценки действий советских и российских переговорщиков: «бездарность», «военно-политическая некомпетентность», «интеллектуальная трусость» и «гражданская безответственность».

А какие ключевые слова будут характерны для предстоящего российско-американского стратегического диалога? Верной линией здесь может быть одна – интеллектуальное наступление России на базе предельно откровенных и честных оценок состояния дел в мире. Россия должна исходить из того, что руководящие круги США и развитого Запада ведут себя по отношению к РФ и к подавляющему большинству населения планеты фарисейски, недобросовестно, во всем используя двойные стандарты. Но раз так, главным методом во внешней политике Москвы, и прежде всего в военно-политической переговорной сфере, должен стать метод последовательного, аргументированного, всесторонне логически обоснованного разоблачения недобросовестности Вашингтона путем создания для США и Запада ситуации «момента истины».

Америка, давно став мировым полупаразитом, получает от внешнего мира реальных благ в три-четыре раза больше, чем дает ему таких благ сама.

Америка, в свое время устроив вселенский скандал из-за одной ракетной базы СССР на территории Кубы, сегодня нагло вторгается в пределы Российского геополитического пространства.

Америка и Запад после роспуска ОВД и резкого сокращения ВС РФ не только не отказываются от НАТО, но и расширяют этот блок, в том числе – за счет бывших советских республик.

Америка грубо нарушила глобальную стабильность, сделав насилие перманентным инструментом своей внешней политики.

Америка стала главным мировым фактором существования наркомафии, поскольку США – главный потребитель наркотиков.

Справедливый счет России и народов мира к США длинен, но и этого хватит для того, чтобы понять: не Америка способна загнать Россию в ловушку, а Россия – Америку! Мы можем и должны вынудить Вашингтон продемонстрировать миру свой подлинный облик волка в овечьей шкуре. Методика такого разоблачения проста, как правда, и как правда же эффективна! Не очень умные (или не очень честные?) эксперты считают, что инициативы США по резкому сокращению ядерных вооружений являются-де «ловушкой для России». Мол, отказаться – значит плохо выглядеть в глазах мира, а согласиться – значит, ослабить себя в ущерб национальным интересам.

Но, повторяю, в подобные «ловушки» Вашингтона способны попадать лишь глупцы, поскольку США неискренни и лживы. Зато Россия вполне может раз за разом ловить США и Запад в ловушку правды!

Вы, господа, стремитесь к миру без насилия? Прекрасно! Мы – тоже! И поэтому мы предлагаем, прежде всего, пяти основным ядерным державам совместно декларировать приверженность идее полного разоружения государств мира в перспективе 10 ближайших лет, исходя из предложений, высказанных СССР на заседании XIV сессии Генеральной ассамблеи ООН 18 сентября 1960 г. При этом ядерное разоружение станет завершающим этапом процесса всеобщего разоружения.

Вы, господа, не согласны? А почему? А как же тогда с вами можно говорить о сокращении ядерных вооружений? Вы, похоже, просто хотите добиться ядерного превосходства? Но честно ли это?

А почему вы не желаете признать разумной идею о базировании ядерных вооружений на национальной территории или примерно в пределах территориальных вод? Вы боитесь обезоруживающего удара? Но лучшая гарантия от такого удара – разумное массирование ракетно-ядерных вооружений для обеспечения глубокого ответного удара!

Вы за кардинальное сокращение вооружений? Так признайте для начала – совместно со своими союзниками – неестественность и неправомерность такого положения вещей, когда крупнейшие односторонние сокращения Россией обычных Вооруженных Сил не привели к адекватным сокращениям Вооруженных Сил США и НАТО. В Европе уже нет русских войск. Так чем вы объясните присутствие в Европе войск США? И что мешает адекватному сокращению армий европейских членов НАТО?

И, к слову, зачем вы вообще сохраняете НАТО? Вас беспокоит угроза терроризма и наркотрафик? Так давайте совместно проведем под флагом ООН глобальную единовременную операцию по физическому уничтожению всех посевных площадей под наркотические растения во всех регионах планеты и совместно реализуем компенсационные проекты предоставления работы населению этих регионов. И как снижает угрозу терроризма нахождение в составе НАТО Эстонии, Латвии и Литвы?

Вы озабочены проблемой обеспечения стратегической стабильности и предлагаете сократить два главных ядерных арсенала планеты до 1000 боезарядов на арсенал? Что ж, это возможно, но лишь в том случае, если не будут создаваться такие дестабилизирующие системы стратегических вооружений, которые провоцируют у одной из сторон соблазн превентивного удара. Ведь термин «стратегические наступательные вооружения» некорректен, стратегические вооружения надо разделять на стабилизирующие (как, например, системы защиты стартов МБР) и дестабилизирующие (как, например, тотальная противоракетная оборона территории страны).

НПРО США – система дестабилизирующая. Наилучший вариант ее преодоления в ответном ударе – массирование ББ ответного удара. Поэтому или мы договариваемся на том, что в условиях работ США по НПРО никакие сокращения российских ББ и их носителей невозможны, или… Или в качестве предварительного условия успеха переговоров о сокращении ядерных вооружений все новые структуры ПРО США, которые имеют отношение к широкомасштабной НПРО, должны быть физически ликвидированы и восстановлен режим Договора ПРО-72, как и сам Договор. При этом разрешается создание любых систем защиты стартов стратегических носителей, как средства, гарантирующего ответный удар и поэтому способствующего стратегической стабильности.

Вы боитесь ракетно-ядерных ударов Ирана и КНДР? Но для любой из этих стран в условиях массированных ядерных сил США первый, не спровоцированный удар единичными зарядами по территории Соединенных Штатов равнозначен историческому самоубийству, на которое эти страны не пойдут. Особенно – если ядерные и другие ведущие мировые державы признают право Вашингтона на массированный ядерный ответ по стране, нанесшей США даже единичный ядерный удар. Мы готовы на такое признание-предупреждение при условии, что США официально откажутся от идей превентивной агрессии против новых ракетно-ядерных держав, а также аналогичные заявления сделают официальные союзники Вашингтона типа Республики Корея. И тогда оправдание НПРО США ссылками на Иран, КНДР и т.д. не может быть принято как корректное.

Вы, господа, не готовы серьезно говорить о всеобщем и полном разоружении? Ну, что ж, мы готовы договориться пока что об ограничении вооружений, не сокращая их. Но можно ли говорить о чем либо подобном, пока Соединенные Штаты ведут работы по новым видам неядерных стратегических вооружений, в том числе – космическим, гиперзвуковым, разрабатывают стратегическое высокоточное оружие, высказывают идеи неядерного оснащения своих МБР?

А чем вы, господа, объясняете ваше несогласие на зачет по носителям? А почему вы не желаете гарантированно исключить возможность для себя иметь «возвратный потенциал»? Вы считаете, что это – честная позиция?

А почему бы не рассмотреть вариант взаимного отказа от морской компоненты СЯС или ограничения районов ее базирования территориальными водами – при отказе от НПРО, конечно. И можно ли договариваться с вами, господа, о чем-либо и верить вам, если вы не желаете отказаться от арктической активности своих подводных противолодочных сил?

Возможно, в высотном здании российского МИДа на Смоленской площади по поводу таких рассуждений снисходительно бросят: «Дилетантизм!» Но если посмотреть на результаты деятельности МИД РФ за обозримый период, то профессионализма – если не считать за таковой умение ловко взять рюмку с подноса на дипломатическом приеме – что-то не обнаруживается. Считается, что дипломат должен уметь скрывать свои мысли. Но, во-первых, они у него должны быть; во-вторых, они у него должны быть действительно своими, а не заемными; а в-третьих, дипломат должен, прежде всего, уметь защитить интересы Отечества.

Собственно, в специализированных (особенно – электронных) СМИ отыскивается много конкретных доказательств и примеров того, как США хитрят, нарушают СНВ-1 и т.д. Поэтому, не приводя подобных примеров в целях экономии места, остановлюсь на конкретных проблемах.

В СМИ проскочили сообщения о том, что 10 декабря 2008 г. начальник Генерального штаба ВС РФ генерал армии Николай Макаров заявил, что новый договор охватит все виды ЯО, а не только стратегическое ЯО. Эта информация странным образом перекликается с заявлением Г. Киссинджера, что «ядерное оружие – не просто чуть более эффективная взрывчатка, ему не место в стратегиях военных».

Здесь очевиден намек на те виды ЯО, которые в США некорректно называют «нестратегическими», в то время как верно называть их стратегическим ЯО регионального сдерживания (ЯОРС). При этом значение таких систем для США и РФ принципиально разнится. Россия – как держава, в отличие от США, с развитой сухопутной геополитической периферией – имеет полное право на национальное «региональное» ЯО. Более того, при ослабленных «обычных» Вооруженных Силах ЯОРС оказывается для России главным средством гарантированного исключения любой региональной агрессии против нее или ее союзников.

Для США такие системы обеспечивают – пользуясь выражением генерала Белоуса – «войну на экспорт», почему США и не имеют системного и морального права на «региональное» ЯО. Остается понять – сознают ли это в полной мере, как на Смоленской, так и на Арбатской площади?

Вторая проблема – это НАТО и его расширение на восток. Можно ли даже обсуждать вопросы сокращения ЯВ, не говоря уже о проведении реальных сокращений, до тех пор, пока США не провозгласят отказ от планов принятия в НАТО бывших республик СССР в том случае, если РФ провозгласит отказ от попыток их силового возврата в состав России или Союзного государства?

Вместо этого США подписывают с Украиной и Грузией хартию о стратегическом партнерстве – документ наглый, откровенно враждебный России.

Между прочим, если уж говорить о «торге», то России есть что выложить на «прилавок». Ну, например, не пора ли нам предложить Западу обменять отказ от заманивания в НАТО Украины и Грузии на наш отказ от выхода из РСМД? Или вот еще… Стоит ли России и дальше поддерживать договор Тлателолко от 1967 г. о запрещении ЯО в Латинской Америке? Российские «товары» для торга этим не ограничиваются, но я на этом закончу и перейду к третьей насущной проблеме – стратегическим крылатым ракетам США, прежде всего – размещаемым на надводных кораблях и подводных лодках. В свое время The New York Times писала: «Какие бы ни были произведены сокращения в отношении числа других американских и советских стратегических ракет наземного базирования и систем тактического ядерного оружия, тяжелых бомбардировщиков и баллистических ракет подводных лодок, – все это будет сведено на нет широким распространением ядерных крылатых ракет морского базирования».

Сказано двадцать лет назад, а как будто – сегодня!

Главное – это постоянное подтверждение готовности РВСН гарантированно выполнить боевые задачи.

 

31 июля 1991 г., накануне уничтожения СССР, Горбачев и Буш-старший подписывали сомнительный договор СНВ-1 символическими ручками, сделанными из металла переплавленных ракет средней дальности «Першинг-2» и СС-20 «Пионер». Думаю, янки очень хочется подписать новый «договор» ручками, отлитыми из металла уничтоженной МБР, названной в НАТО «Сатаной», а в СССР – «Воеводой».

Можем ли мы допустить это?

Нам пора понять, что Россия – это держава, сфера естественных интересов которой не выходит за пределы Российского геополитического пространства, но которая – в случае, если она будет последовательно и твердо отстаивать свои интересы в этих пределах – самим фактом своего бытия в мире будет определяющим образом влиять на процессы, происходящие на всем Земном шаре!

Да, для нынешней Америки приемлема лишь одна Россия – бывшая. Но приемлема ли такая Россия для самой России? Вот что нам надо действительно, наконец, решить!

США настойчиво добиваются максимального военно-политического ослабления России для того, чтобы потом или диктовать ей свою волю, или… Что ж, не исключено, что понадеявшись на первый удар по предельно сокращенным ядерным силам России и на свою новую национальную противоракетную оборону, США отважатся рискнуть и раз навсегда расправиться с той страной, которая всегда мешала и по сей день мешает установлению ими своего мирового господства. Вот главная угроза безопасности России, которая перекрывает собой даже неоднозначный «китайский» аспект нашего исторического бытия, выведенный в этом анализе за скобки.

Америку удерживает от авантюрных соблазнов лишь неопределенность результата ее гипотетического удара по России. На этом психологическом моменте все и держится, но держится прочно – до тех пор, пока гарантирована неопределенность результата.

В принципе это сегодня осознано на вполне высоком уровне. Так, в докладе МО РФ «Актуальные задачи развития Вооруженных Сил Российской Федерации» (октябрь 2003 г.) сказано: «Стратегическое сдерживание осуществляется с целью недопущения силового давления и агрессии против России. Сдерживание основывается на способности ядерных сил в ответных действиях нанести заданный ущерб». При этом под заданным ущербом понимается «субъективно неприемлемый для противника (точнее было бы сказать – «для агрессора», – прим. С.Б.) ущерб, который превышает ту выгоду, которую агрессор ожидает получить в результате применения своей военной силы».

Имея в виду заканчивающийся договор СНВ-1, некоторые эксперты утверждают, что «на этот документ, в сущности, опирается вся система ядерной безопасности в мире». Однако на деле вся система ядерной безопасности в мире опирается только и исключительно на развитые массированные СЯС РФ, обеспечивающие неопределенность результата агрессии против России и, тем самым, неприемлемость силовых действий для потенциального агрессора. Если принцип массирования СЯС РФ станет прошлым, то крах мировой системы ядерной безопасности не замедлит себя ждать.

Кое-кто считает, что ухудшать отношения России с Америкой дальше некуда – мы и так, мол, коснулись «дна». Но это, во-первых, чепуха! Худший вариант отношений двух держав – война между ними. А от нее Россия застрахована – пока – своим развитым ядерным статусом. Во-вторых, в любом ухудшении взаимных отношений, по крайней мере с 1992 г., виновна исключительно Америка. Россия за этот период не предприняла ни одного действия, объективно подрывающего взаимные отношения.

Америка же все больше наглеет. И Генри Киссинджер с прямотой, до дубового откровенной, заявляет: «Дилемма проста: глобальное управление в сфере финансов существует (и его давно осуществляет ФРС США, – прим. С.Б.) но в политике по-прежнему задают тон национальные государства. Поэтому или будут созданы политические наднациональные органы с полномочиями для решения кризисов, или же мир откатится к регионализму и меркантилизму XIX века» (а это, пардон, с чего? – прим. С.Б.). При этом Киссинджер считает, что ядро будущего мирового порядка должны составить США и КНР.

Вот каковыми будут перспективы для России в «формате Обамы», если мы согласимся на дальнейшее договорное ослабление СЯС России.

Разоружаться можно и нужно, но – лишь в честном мире. Бисмарк признавался, что с благородным человеком он старается быть вдвое благороднее его, но, имея дело с подлецом, считает для себя возможным быть в два раза подлее. Я не призываю руководство России следовать этому принципу. С честными людьми достаточно быть честным самому, но пытаться честно договориться с подлыми и бесчестными (а Америка явно бесчестна) способны лишь глупцы!

Впрочем, пытаться договариваться с Америкой надо. Но – помня слова из предсмертного интервью Владимира Максимова, писателя-эмигранта, главного редактора журнала «Континент», данного им в марте 1995 г. в Париже: «Если сказать однажды твердо и решительно «цыц», – прислушаются на Западе к голосу России. Они здесь быстро становятся очень послушными и вежливыми, начинают разговаривать по-человечески. Но если вы уступили, не ждите от этих цивилизованных людей пощады. С теми, кто им уступает, они не знают ни стыда, ни совести, ни чести, и пока вас не додавят, не успокоятся».И к этому мне нечего прибавить.

 

Сергей Тарасович БРЕЗКУН – профессор Академии военных наук