Главная / Главная тема / Главная тема

Главная тема

Генерал-полковник Леонид Ивашов: «Иран сегодня не готов противостоять мощнейшей военной машине США»
Ядерное оружие Ирана – я в этом убежден – будет союзником российского ядерного щита

Выступая с речью после вручения Нобелевской премии мира, Барак Обама заявил, что применение военных методов для достижения мира и безопасности иногда является неизбежным и оправданным. По словам президента США, люди должны принять «трудную истину», что насилие не может быть полностью искоренено и государства вынуждены прибегать к методу войны для защиты своих граждан от недружественных режимов и террористических движений. «Существуют альтернативные методы решения глобальных проблем, – считает Обама. – За счет дипломатических усилий и жестких санкций можно противостоять таким режимам, как иранский или северокорейский».

 

«Что бы не говорил президент США, на самом деле, война против Ирана уже идет», – заявил генерал-полковник Леонид ИВАШОВ. В стенах российской Академии геополитических проблем, президентом которой он является, эта тема активно обсуждается, более того, эксперты рассматривают сценарии будущих боевых действий и применения различных видов оружия в районе Персидского залива. Об этом он рассказал в интервью журналу «Национальная оборона».

Интервью

Ольга ШИЛОВА

— Леонид Григорьевич, какой будет возможная военная кампания против Ирана?

— Некоторые аналитики утверждают, что американцы увязли в Ираке и Афганистане, где не все у них получилось, и поэтому не рискнут напасть на Иран. Это далеко не так. Главной целью США, Великобритании и Израиля в иракской кампании была нефть и взятие под контроль ключевых пунктов – Баб-эль-Мандебский, Ормузский проливы и т.д. Они достигнуты, хотя еще мешает Иран. Если захватят и его, то выйдут на каспийскую нефть, и будут контролировать уже около 40% всех топливных запасов в мире. И что будет дальше происходить в регионе – утверждаться демократия или идти вечная гражданская война – Обаму не волнует.

Эта война, если она начнется, пройдет без наземного вторжения на территорию Исламской Республики. Здесь, на мой взгляд, прочитывается сценарий, по которому нанесение ударов по территории Ирана возьмет на себя израильская авиация. Тель-Авив при этом рассчитывает на то, что США поддержат Израиль.

Наглядная агитация на улицах Тегерана предупреждает о возможности американских бомбардировок.

Первые удары будут нанесены высокоточным оружием, прежде всего, по ядерным центрам, по пунктам управления – президентской администрации, центру духовного руководства, штабам Стражей исламской революции, Вооруженных Сил.

Тактика американцев и израильтян в Иране будет обычной: сначала выбить средства ПВО Ирана, радиолокационные станции, ослепить систему ПВО, чтобы затем безнаказанно действовать против авиации на аэродромах и в воздухе, против других объектов управления, инфраструктуры.

Американцы подловят определенный момент и попытаются обезглавить Иран. Их задача – парализовать сопротивление на всей территории противника. Американцы даже придумали название: «стратегия быстрого военного удара».

Мощные бомбовые удары, рассчитывают американские эксперты, вызовут панику среди мирного населения, отставку нынешнего президента Махмуда Ахмадинежада, изменение позиций духовного лидера и клира Ирана и установление такого «демократического» режима, как, например, в Ираке. 

Очевидно, что американцы не заинтересованы в стабильном национальном режиме в Ираке, так как сразу встанет вопрос нефтяных полей. И поэтому стараются как можно дольше продлить ситуацию, которая помогает им с помощью военной силы резервировать иракскую нефть для своих компаний. А дальше дело идет к расчленению Ирака на три враждующих конкурирующих государства. Подобный ход событий не исключен и в Иране. 

— Что в таком случае будет делать оппозиция внутри Ирана?

— В Иране после нанесения ракетно-бомбового удара, вполне вероятно, начнется хаос, который сейчас принято называть «цветной революцией». Президентские выборы, в июне 2009 года прошедшие в Иране, показали, что и такой вариант развития событий вполне реален. Вспомните, что после объявления итогов голосования в Тегеране и других городах начались массовые уличные беспорядки. Их участниками стали, в основном, сторонники проигравших кандидатов-реформаторов, требовавших пересмотра итогов выборов. В стычках с полицией погибли люди.

В декабре 2009-го, перед самым Новым годом в иранской провинции Исфахан прошли столкновения между оппозицией и стражами порядка. Напряженность начала нарастать после похорон 88-летнего аятоллы Хосейна Али Монтазери, одного из архитекторов исламской революции 1979 г. Он считался одним из наиболее влиятельных критиков иранских властей. Аятолла поддержал антиправительственные выступления оппозиции, отказавшейся признать официальные результаты июньских президентских выборов. Его похороны в Куме лидеры оппозиции использовали для возобновления массовых акций протеста. Среди демонстрантов были убитые и раненые.

Между тем, как заявил руководитель полиции Ирана генерал Исмаил Ахмади Могаддам, впредь действия полиции в отношении оппозиционеров будут жесткими. «Сегодня мы становимся свидетелями того, что представители определенных кругов позволяют себе нарушать общественный порядок и насмехаться над принципами и ценностями исламской революции. Иранский народ и, в первую очередь, правоохранительные органы не позволят довести страну до хаоса и гражданской войны. Мы не допустим отклонения от пути, указанного нам имамом Хомейни», – предупредил генерал.

Духовный лидер Ирана аятолла Хаменеи.

В Вашингтоне и Тель-Авиве рассчитывают, что сразу после нанесения ракетно-бомбового удара по Ирану власть захватит вооруженная оппозиция. Это вполне устроило бы Израиль и США. Даже если там будет продолжаться гражданская война, все равно будет принято решение ввести коалиционные силы.

Но главное то, что в сердце Ближнего Востока будет создан очередной бурлящий котел бесконечного кровопролития, втягивающий в себя соседей Ирана, – Ирак, Сирию, Турцию (Курдистан), Азербайджан. Мир получит огромную дугу нестабильности – от Балкан до Пакистана и Ирана. Дальше, по возможному сценарию американских и израильских стратегов, учитывая очень болезненный исламский фактор в Индии, мусульманский мир войдет в стадию паралича, постоянной войны и хаоса. Разрушения в результате боевых действий потребуют, конечно, огромных финансовых вливаний со стороны Запада. Поверженный Иран посадят на долларовый кредитный поводок и скажут: мы вам даем деньги на восстановление страны, а вы отдайте нам нефть и газ…

— Какие, на ваш взгляд, стратегические цели преследует Вашингтон, уничтожая Иран?

— Напомню знаменитую формулу Генри Киссинджера, высказанную им еще в 1970 г. и фактически ставшую стержнем стратегии мировой финансовой олигархии: «Кто владеет нефтью – тот управляет государствами. Кто владеет продовольствием – управляет людьми. Кто владеет деньгами – тот управляет миром».

Цель войны с Ираном очевидна – затормозить развитие Исламской Республики, установить на ее территории проамериканский режим и, конечно, свернуть ядерную программу Тегерана. Если это удастся, значит, США выйдут в каспийскую нефтегазовую зону и, по сути дела, изолируют Иран на международной и региональной арене. Запад, таким образом, установит контроль над богатейшими ресурсами нефтяного иранского нагорья и над газовыми запасами региона.

— Какова может быть степень участия Израиля в военном конфликте с Ираном?

— Военный потенциал Израиля необыкновенно высок (сравнительно с величиной страны и численностью населения). Это государство имеет эффективную военную инфраструктуру, технологические возможности, которыми не обладает ни одна соизмеримая с Израилем страна в мире, и богатейший боевой опыт.

Численность армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) составляет 186,5 тысяч человек. ЦАХАЛ комплектуется по призывной схеме – в стране действует всеобщая воинская обязанность, и армия может быть развернута до численности 630 тысяч человек.

Как известно, у Израиля имеется опыт уничтожения ядерных реакторов на чужой территории. Так, 7 июня 1981 г. израильские бомбардировщики спикировали на иранский реактор в Осираке. Меньше чем за полторы минуты, один за одним, они сбросили точно в активную зону реактора 16 бомб, две из которых не взорвались. Вся атака – от момента набора высоты ведущим самолетом до сброса бомб последним, восьмым – заняла 50 секунд. 

— Говорят, что вы, Леонид Григорьевич, сами не раз бывали в Иране в командировках, оценивали боеспособность иранской армии. Поделитесь своими впечатлениями.

— Первая моя поездка была с министром обороны России еще в 2000 г., и мы в Москве не раз принимали военные делегации из Ирана. Между тем, в Тегеране не сидят, сложа руки. Находясь под санкциями, под жестким эмбарго на поставки вооружений, иранцы пошли по пути копирования иностранных, в основном американских образцов военной техники. Я бывал на заводах, где производятся ПТУРСы. Они вначале их скопировали, а дальше модернизировали.

Но будем откровенны до конца: Иран сегодня не готов противостоять мощнейшей американской военной машине. Так можно сказать и о других государствах мира. США на несколько порядков оторвались в создании своей техники, они вне конкуренции. Даже в обычных средствах поражения. Бюджет Пентагона составляет порядка $700 млрд., а с косвенными расходами – это почти триллион долларов. Американские расходы на оборону превосходят совокупный бюджет всех остальных стран мира. И с этим нельзя не считаться.

Иран, скорее всего, потерпит военное поражение от США. Но у него есть союзники за границей – шиитские движения в Ливане, в Ираке, другие возможности для нанесения ассиметричных ударов. Начни Израиль бомбить иранскую территорию, против него будет воевать радикальный ислам всего мира, по крайней мере, Ближнего и Среднего Востока. Израильтянам придется не сладко.

У иранцев, конечно, есть проблемы и с новой техникой, и с ее освоением, но боевой дух их крепок, и сражаться они будут всерьез. Впрочем, исход войны будет зависеть от того, какую тактику предпочтет иранское руководство. Если оно станет защищать только свою территорию, то потерпит поражение, потому что техническое превосходство – на стороне противника. Но если будут предприняты ассиметричные меры, например, разрушение важных объектов неприятеля, то это поможет остановить агрессию.

Похожая ситуация произошла в конфликте между Израилем и Ливаном. Если бы «Хезбалла» не атаковала тогда территорию Израиля, то потери нескольких десятков единиц бронетанковой техники и даже личного состава не остановили бы израильскую армию. А вот ракетные удары по Израилю вызвали панику, большие перемещения и эвакуацию людей, что в итоге и способствовало окончанию войны. 

Стратегические бомбардировщики B-2 с их «проникающими» боеприпасами готовы «достать» самые глубокие подземные бункеры и объекты Ирана.

 

— В случае нанесения ударов по Ирану, как, на ваш взгляд, поведут себя остальные государства, ООН?

— Европа, в лучшем случае, ограничится осуждением, а в худшем – заявит то же, что и в случае агрессии против Югославии: «Да, США совершают ошибку, но жертва сама спровоцировала наступающую сторону». Может быть, более жестко осудят агрессию Китай и некоторые другие страны.

ООН в данном случае – пустое место. Не собравшись и не осудив нападение на Югославию, на Ирак, Совет Безопасности ООН превратился в пособника американской агрессии. Этот орган способен принимать только такие резолюции, которые российские да еще французские дипломаты трактуют как не допускающие применения военной силы, а американцы и англичане прямо противоположным образом – как дающие им право на агрессию.

Кое-кто полагает, что американцев может остановить опасение возмущения в мире. Я не разделяю это мнение. Не следует преувеличивать значение таких вещей. В свое время я провел много часов за столом переговоров с Милошевичем, убеждая его, что НАТО готовится нанести удар по Югославии. Слободан долго не мог в это поверить и возражал: «Ну, как это? Читайте, что написано в Уставе ООН. На каком основании они нанесут удар?»

Еще как плюнули на международное право и нанесли удар. И что? Да, был шок, было возмущение. Но результат-то получился именно тот, которого добивались агрессоры, – Милошевич мертв, Югославия раздроблена, Сербия колонизована.

То же самое было с Ираком, – шок, возмущение. Американцы, однако, не силу шока считают, они считают прибыль своего ВПК.

— А что вы скажите о позиции нашей страны? Какая в случае войны с Ираном может сложиться обстановка у границ России?

— Россия, как постоянный член Совета безопасности, должна, просто обязана вести себя так, чтобы войны не было, чтобы сгладить все накопившиеся противоречия. С другой стороны, события в Иране нельзя рассматривать в частном контексте. Это борьба США, Израиля и Великобритании против мира ислама. Они, по сути, раздувают межцивилизационную войну. Мы отчетливо видим ее проявления сегодня, когда, например, в странах Евросоюза запрещают строить минареты, носить арабскую одежду и т.п. Мы видим, что происходит в Афганистане. Там идут неоднозначные процессы. Вроде бы американцы терпят поражение. Но это далеко не так. Даже талибы разделились. Одни воюют против оккупантов, другие довершают разрушение Пакистана.

Надо учесть и то, что веками конкурировавшие между собой три ветви ислама – арабская, персидская и тюркская – начинают осознавать опасности, исходящие от США, они начинают объединяться. Уже сейчас Тегеран, Анкара и Дамаск находятся во внутрицивилизационном союзе. И это сближение не может не пугать Вашингтон. Нужно еще и учитывать тот факт, что Иран – это государство, обладающее огромными запасами нефти и газа. Он как бы заменил собой поверженный и разоренный Ирак и другие исламские страны, которые активно боролись против Запада и Израиля.

Начни Израиль бомбить иранскую территорию, против него будет воевать радикальный ислам всего мира.

 

Сегодня стали заметно проявляться традиционные противоречия между Китаем и Индией – споры из-за территорий, границ. Япония вынуждена учитывать экономическое и политическое усиление КНР на мировой арене. Создается, таким образом, геополитическая система, мягко говоря, не вполне дружественная исламу. Руководство Ирана это прекрасно понимает, как понимает и Турция. Кстати, не случайно сегодня Турция развернулась к России. Они тоже ищут союзников в лице цивилизаций.

А нам разве не нужны союзники в этой борьбе? России, на мой взгляд, нужны в союзниках не просто отдельные государства, а целые цивилизации. В их числе должны быть не только Белоруссия, Украина, страны Центральной Азии, государства Закавказья, но и Турция, Иран.

Давайте поразмышляем о ядерной программе Ирана. Против кого будет нацелено ядерное оружие, если Тегеран когда-нибудь его создаст? Вряд ли против России, потому что мы – естественный союзник Ирана. Это оружие не будет направлено и против Европы, потому что в последнее время иранская экономика очень стремится выйти на европейские рынки, овладеть новейшими западными технологиями. Ядерное оружия нужно иранцам, как средство обеспечения своей национальной безопасности. Ведь сегодня они никому им не угрожают.

Ядерное оружие Ирана – я в этом убежден – будет союзником российского ядерного щита. Ведь через пару лет наш ракетно-ядерный потенциал сравняется с китайским. В этой области мы будем значительно уступать совокупному потенциалу Запада.

Не имея настоящих друзей, мы можем остаться один на один с враждебным Западом. В этой связи хочу подчеркнуть: России срочно требуются военные, политические и цивилизационные союзники.

Пока для нашей державы создается неблагоприятная ситуация. Что значит поставить на колени Иран? Это значит ограничить влияние России в Каспийском бассейне. Неслучайно сейчас идет мощное давление США на президента Азербайджана, чтобы тот принял решение о вступлении в НАТО. Мы видим, что американские структуры работают с Арменией, и предпринимается попытка отдалить это государство от России. Процитирую фразу бывшего при Джордже Буше заместителя госсекретаря США Дениэла Фрида по делам Европы: «Вопрос, может ли территория между Черным морем и Каспием на деле присоединиться к Европе, решается уже сегодня». А что такое присоединение к Европе? Это по сути дела натовский контроль и угроза России. Проходит масштабная геополитическая операция, где роль России с каждым днем умаляется. И разгром Ирана, по-видимому, планируется в русле этой операции.