Главная / Главная тема / Главная тема

Главная тема

США теряют контроль над своим ядерным оружием
Подготовка Договора о СНВ к ратификации и промежуточные выборы в Конгресс США ознаменовались очередным ядерным инцидентом в стратегических наступательных силах США

23 октября в одной из эскадрилий 90-го космического крыла, дислоцированного на авиабазе (АвБ) Ф. Уоррен, штат Вайоминг, в результате технической неисправности был допущен 45-минутный перерыв в контроле за состоянием 50 МБР Minuteman-III, находящихся на боевом дежурстве. Этот случай квалифицируется как чрезвычайное происшествие на ядерном оружии и грубое нарушение правил обеспечения ядерной безопасности.

Сергей ЧВАРКОВ

Мидыхат ВИЛЬДАНОВ

Следует подчеркнуть – это третий ядерный инцидент, ставший «логическим продолжением» двух первых чрезвычайных происшествий на ядерном оружии, которые произошли в СНС США за последние пять лет и получили мировую известность. Основной причиной их возникновения явилось неудовлетворительное состояние боевой готовности ядерной компоненты ВВС США и наличие серьезных системных недостатков в обеспечении ядерной безопасности. Это подтверждает анализ российских и зарубежных информационных материалов.

СИМПТОМЫ ДЕГРАДАЦИИ

Уместно напомнить, что боевой состав СНС включает стратегические ракетные силы наземного базирования (силы МБР), стратегическую бомбардировочную авиацию (СБА) и стратегические силы морского базирования (силы ПЛАРБ). Организационно силы МБР и СБА входят в состав ВВС, силы ПЛАРБ – в состав ВМС США. Оперативное управление компонентами СНС осуществляет Объединенное стратегическое командование (ОСК, АвБ Оффут, шт. Небраска), административное управление – командование глобальных ударов ВВС США (АвБ Барксдейл, шт. Луизиана). Силы МБР сведены в три космических крыла: 90-е (АвБ Уоррен, шт. Вайоминг), 91-е (АвБ Майнот, шт. Северная Дакота) и 341-е (АвБ Мальмстром, шт. Монтана). Организационно силы МБР входят в состав 20-й воздушной армии (ВА), которая дислоцируется также на авиабазе Уоррен. Каждое крыло состоит из трех эскадрилий и включает 150 шахтных пусковых установок (ШПУ) с МБР в каждом. Эскадрилья состоит из пяти отрядов по 10 ШПУ.

Первый ядерный инцидент был связан с ошибочной отправкой нескольких взрывателей головной части МБР Minuteman-III на Тайвань в 2006 г., что вызвало серьезную озабоченность военно-политического руководства Китая. Второй инцидент произошел в 2007 г., когда с АвБ Майнот (шт. Северная Дакота) на АвБ Барксдейл (шт. Луизиана) был перебазирован стратегический бомбардировщик B-52Н с пятью крылатыми ракетами типа AGM-129. Как выяснилось позже, из-за бесконтрольных действий и низкой подготовки специалистов авиационного крыла, ядерные боеприпасы с крылатых ракет, направляемых на утилизацию, не были сняты. При этом летный экипаж стратегического бомбардировщика даже не знал, что транспортирует крылатые ракеты в ядерном оснащении.

МБР Minuteman III  в шахтной пусковой установке.

Для расследования причин этих инцидентов была назначена группа авторитетных независимых экспертов на правах подкомиссии Управления военной политики Министерства обороны США. Главная задача группы заключалась в комплексной проверке, анализе и оценке состояния ВВС с разработкой предложений по повышению боевой готовности и совершенствованию управления наземной и авиационной компонентов СНС. Эксперты проверили следующие органы военного управления, соединения и части: боевое авиационное командование ВВС (АвБ Ланглей, шт. Виргиния); командование 8-й ВА и 3 тбакр В-52Н (АвБ Барксдейл); 91-е крыло МБР и 5 тбакр В-52Н (АвБ Майнот); командование 20-й ВА и 90-го крыло МБР (АвБ Уоррен, шт. Вайоминг); космическое командование ВВС (АвБ Петерсон, шт. Колорадо); Объединенное стратегическое командование (АвБ Оффут, шт. Небраска). Кроме того, было изучено состояние дел на объектах ядерного оружейного комплекса с проведением ревизии ядерного арсенала США. По результатам работы комиссии выявлено значительное количество недостатков и проблемных вопросов по основным направлениям поддержания боевой готовности органов управления и войск ВВС.

Так, в руководящих документах и оперативных планах недостаточно четко сформулированы задачи ядерного сдерживания, порядок подготовки и способы боевого применения тяжелых бомбардировщиков В-52Н с КРВБ в ядерном оснащении. Наставления по боевому применению, в части касающейся ядерной компоненты ВВС, разработаны только для уровня авиационных крыльев и эскадрилий. Директивы и указания, поступающие в войска из ОСК и органов управления ВВС, зачастую не соответствуют быстро меняющейся обстановке и противоречат друг другу. В их содержании больше внимания уделяется порядку решения задач сдерживания вероятных противников обычными вооружениями, и недостаточно рассматриваются вопросы подготовки, боевого применения и эксплуатации ядерных средств. Планы по видам всестороннего обеспечения боевой и повседневной деятельности войск, программы подготовки и тематика занятий с летными экипажами, специалистами групп обеспечения и обслуживания были направлены на подготовку и решение, в основном, неядерных задач. Вопросы ядерного сдерживания и боевого применения ядерной компоненты ВВС, порядок действия авиационных крыльев и эскадрилий поверхностно изучаются на различных занятиях и учебно-методических сборах, а соответствующие курсы в военных колледжах отменены. Младший командный и технический состав ракетных и авиационных эскадрилий к этим занятиям не привлекается, ими слабо освоены вопросы ядерного обеспечения боевого применения МБР и ядерных КРВБ большой дальности.

Выделение материально-технических и финансовых средств на поддержание боевой готовности, поставки современных образцов техники общего назначения, решение социальных проблем военнослужащих осуществляется по остаточному принципу и в ущерб ядерной компоненте ВВС. Так, один из командиров авиационного крыла докладывал: «Командование ВВС на различные мероприятия тратило миллиарды долларов, в то время как на нужды войск не выделено даже миллиона. Было заявлено также, что штатная категория командующего 20-й ВА – двухзвездный, а 8-й и 14-й ВА – трехзвездный генерал, что свидетельствует о снижении роли сил МБР. Среди должностей старших офицеров боевого авиационного командования, связанных с решением ядерных задач, преобладают категории по воинским званиям – «полковник», предложения по их выдвижению на вышестоящие должности не реализуются. В связи с этим, руководящий и летно-технический состав авиационных крыльев и эскадрилий выражает сомнения в приоритетности ядерных задач, возлагаемых на подчиненные им соединения и части.

Вызывает озабоченность командиров ракетных крыльев и эскадрилий с МБР Minuteman-III снижение значимости личного состава, несущего боевое дежурство на пунктах управления пуском, по сравнению с личным составом, откомандированным для участия в операциях коалиционных и экспедиционных сил. Это обстоятельство негативно отражается на перспективах их продвижения по службе, поскольку приоритет отдается участникам локальных конфликтов. Выяснилось, что в ВВС существует порочная практика поощрения инициативных обращений личного состава крыльев и эскадрилий о командировках в Ирак и Афганистан, при этом мнение непосредственных начальников не учитывается.

На сохранение потенциала подготовленных ракетных специалистов негативно влияет также их принудительная ротация в течение 10 лет в космические силы, при этом возникающий временный и текущий некомплект личного состава не восполнялся. Так, некомплект специалистов в частях и подразделениях технического обслуживания и ремонта авиационных крыльев составляет от 100 до 300 человек. Одно из авиационных крыльев на момент проверки было укомплектовано командирами экипажей на 66%, остальные находились в заграничных командировках. Из-за отсутствия подготовленных специалистов в группах технического обслуживания и ремонта, аэродромно-технического обеспечения, летными экипажами не выполняются нормативы по налету часов. В результате, при проверке практических действий, из-за некомплекта технического персонала, некоторые авиационные крылья оказались не способными привести самолетный парк в высшие степени боевой готовности.

При этом штабом ВВС не разработаны руководящие документы, регламентирующие нормы укомплектованности и уровни предельного некомплекта по основным специальностям в эскадрильях МБР и тбакр В-52Н с ядерными КРВБ. В работе по комплектованию войск личным составом не учитываются особенности решения ядерных задач. По докладам командира одного из ракетных крыльев некомплект технических специальностей привел к деградации системы технического обслуживания ракет и различных систем и оборудования ракетных комплексов. Вызывает тревогу нехватка опытных специалистов по эксплуатации ядерно-технических средств. Имели место факты приостановления работ по техническому обслуживанию ракет из-за неудовлетворительной подготовки личного состава, отсутствия квалифицированного персонала, что могло привести к возникновению аварийной ситуации на ракетно-ядерном оружии.

Отмечается, что в некоторых группах материально-технического обслуживания ракет в течение года имелось лишь несколько специалистов, что не обеспечивало выполнение регламентных работ и не соответствовало требованиям безопасности. В одной из групп технического обслуживания длительное время оставались неукомплектованными четыре должности категории «майор». Поэтому многие командиры таких групп вынуждены исполнять обязанности отсутствующих специалистов, что приводило к их перегрузкам по службе и ухудшению здоровья. Значительный некомплект основных специалистов вызывает нарушения графиков боевого дежурства, что создает повышенную физическую и психологическую нагрузки на личный состав боевых расчетов и летные экипажи.

В нарушение требований руководящих документов, многие мероприятия оперативной и боевой подготовки, технического обслуживания ракетных комплексов, охраны колонн с ракетами и головными частями на марше решаются с привлечением сил и средств других крыльев, в том числе авиационных. Около 90% личного состава подразделений охраны в одном из ракетных крыльев было укомплектовано военнослужащими, заключившими первый контракт, которые показали низкую подготовку. По докладам командиров и начальников неудовлетворительно решает свои задачи Центр учета и использования личного состава ВВС (AFPC – Air Force Personаl Center), поскольку срок удовлетворения заявок на восполнение некомплекта личного состава достигает 8 месяцев. В свою очередь руководство Центра ссылается на отсутствие подготовленного резерва личного состава, имеющего значительный опыт технического обслуживания МБР, крылатых ракет воздушного базирования и ЯБП.

На качестве решения управленческих задач негативно сказывается отсутствие на руководящих должностях офицеров, прошедших дополнительную подготовку в ОСК и штабе 8-й ВА (нет кандидатов). Органы управления космического командования, ракетных крыльев недостаточно укомплектованы офицерами, подготовленными по вопросам ядерного сдерживания, планированию и боевому применению МБР с учетом их новых системных боевых возможностей после модернизации.

Группа экспертов вскрыла, что в течение последних 10 лет в ВВС не проводились крупномасштабные стратегические учения с максимальным охватом всех частей и подразделений сил МБР и СБА. Основные усилия руководящего состава ВВС сосредоточены на подготовке авиационных крыльев и эскадрилий к решению задач в военных действиях с применением обычных средств поражения, в ущерб планированию, подготовке и отработке отдельных задач ядерных операций. Содержание программ подготовки личного состава ракетных и авиационных крыльев не обеспечивает совершенствования их оперативно-тактического мышления и профессиональной подготовки по таким направлениям, как:

— возрастание роли и места ядерного оружия в обеспечении национальной безопасности США и ее союзников;

— тактико-технические характеристики и боевые возможности ядерных средств;

— подготовка и боевое применение МБР, тяжелых бомбардировщиков В-52Н с КРВБ в ядерном оснащении;

— обеспечение безопасной эксплуатации ЯБП, их учет, техническое обслуживание, прием-передача, организация транспортировки и контроля.

Кроме того, в авиационных крыльях и эскадрильях с В-52Н устарело большинство документов по подготовке к боевому применению ядерных КРВБ. Не принимаются меры по ремонту и развитию учебно-материальной базы и обеспечению эскадрилий современными тренажерами.

Пункт управления пуском МБР Minuteman III.

 

Отмечается несовершенство и низкое качество разработки отдельных нормативных документов по обеспечению ядерной безопасности при проведении работ на КРВБ в ядерном оснащении. Так, инструкция по ядерной безопасности МО США 5210.41М требовала от ВВС разработки и выполнения дорогостоящих технических мероприятий, что реализовано не было. Многие статьи соответствующих инструкций боевого авиационного и космических командований ВВС (MAJCOM) по своему содержанию противоречат друг другу и не соответствуют требованиям инструкции 5210.41М. Более того, контроль технического состояния, учета и содержания ЯБП, обеспечения ядерной безопасности при проведении всех видов занятий и работ с ними осуществляется по разным инструкциям, что вводит в заблуждение командный и технический персонал крыльев и эскадрилий. Отсутствуют единые критерии и показатели оценки состояния ядерно-технического обеспечения.

Комиссией было отмечено также снижение качества подготовки и проведения инспекций (NSI – Nuclear Surety Inspections) ЯБП, аттестаций летного и технического персонала, сертификации оборудования. Так, до ядерного инцидента «Майнот-Барксдейл» интенсивность инспекционных проверок ядерного оружия была доведена до 100%, однако их эффективность оказалась низкой, многие недостатки оставались незамеченными. У командиров ракетных и авиационных крыльев вызывает недоумение огромное количество проверяемых вопросов – от 300 (силы МБР) до 1300 (тбакр В-52Н). По их мнению, невысокую подготовку показывают инспектора и различные контролирующие лица, привлекаемые из органов государственного и военного управления. Взаимоотношения командиров и начальников с инспекторским составом характеризуются взаимным недоверием, а проведение инспекций ЯБП отличается, якобы, предвзятостью комиссий. Так, в 2008 г. два авиационных крыла В-52Н не смогли сдать инспекторскую проверку ядерного оружия, а одна эскадрилья, из-за некомплекта специалистов, не была допущена к ней. Контроль устранения выявленных недостатков и оказание помощи подчиненным со стороны вышестоящих органов управления ВВС не проводится.

Вызывают озабоченность командиров и начальников проблемы в организации оперативного (боевого) и технического обеспечения боевой и повседневной деятельности войск. Так, в ракетных и авиационных крыльях недостаточно сил и средств разведывательного обеспечения. Автомобильный транспорт, вертолеты и различное оборудование, используемые при транспортировании ракет и ЯБП, выработали установленные сроки эксплуатации и нуждаются в замене. Из-за несвоевременного обеспечения боеприпасами, в подразделениях охраны не выполняются нормы проведения учебных стрельб. Даже работы по модернизации проверочно-пусковой аппаратуры, систем электроснабжения, предупредительной сигнализации и охраны на пунктах управления и пусковых установках эскадрилий МБР Minuteman-III авиабазы Ф. Уоррен финансируются не в полном объеме!

По итогам работы комиссии был подготовлен доклад министру обороны США с анализом системных упущений руководящего состава ВВС и предложениями по коренному улучшению ситуации. Сам Роберт Гейтс сделал по этому поводу следующее заявление: «Во время расследования всплыли и другие проблемы, показывающие снижение внимания ВВС к ядерной составляющей. Происшествия стали симптомом деградации власти, стандартов и технической компетенции в ядерных силах США. Эти проблемы появились не вчера, многие из них существовали и десять лет назад».

С целью повышения роли авиационного ядерного компонента СНС в структуре ВВС было воссоздано Командование глобального удара (Global Strike Command). Разработано значительное количество руководящих документов и инструкций для военных и гражданского персонала по организации многоуровнего пооперационного контроля учета, содержания, эксплуатации и приемом-передачи ядерного оружия. Для устранения недостатков были приняты оперативные и организационно-технические мероприятия, однако их эффективность оказалась низкой, о чем свидетельствует очередной ядерный инцидент на авиабазе Ф. Уоррен.

45 МИНУТ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ

Возвращаясь к анализу возможных причин и обстоятельств возникновения ядерного инцидента на авиабазе Ф. Уоррен, необходимо подчеркнуть следующее.

На ракетном комплексе Minuteman-III завершаются работы по продлению эксплуатационного ресурса, проведена замена твердотопливных ракетных двигателей и жидкостной ступени разведения на новые. Ракеты оснащены моноблочной головной частью с модернизированным боевым блоком Мк21 от МБР Peacekeeper. При этом, в нарушение старого Договора о СНВ, были сохранены платформы головной части, что обеспечивает ее дооснащение до 3 боевых блоков. На пунктах управления пуском (ПУП) отрядов проводятся работы по модернизации систем дистанционного управления и контроля (СДУК) с заменой запоминающих устройств, аппаратуры отображения и с совершенствованием программно-аппаратного обеспечения. Во вспомогательных сооружениях всех ПУП и шахтных пусковых установках (ШПУ) установлены новые дизель-генераторы. Проводятся и другие мероприятия по совершенствованию тактико-технических характеристик и модернизации ракетного комплекса Minuteman-III.

Тем не менее, техническая надежность американского ракетно-ядерного вооружения, находящегося на боевом дежурстве, оказалась низкой. По нашему мнению, наиболее вероятной причиной возникновения ядерного инцидента могло быть повреждение силового кабеля системы электроснабжения на пункте управления эскадрильи. И как результат – нарушение электропитания СДУК, что привело к полной потере контроля над параметрами всех 50 ракет и их головных частей; температурно-влажностных режимов; состояния различного оборудования 50 ШПУ; каналов связи и управления между пусковыми установками и пунктами управления, в том числе соседних отрядов. Нельзя также исключать и выхода из строя аппаратуры автоматизированной системы боевого управления на пункте управления эскадрильи, предназначенной для передачи пусковых приказов и приема донесений. Вполне резонным является вопрос, почему же не произошло автоматического включения систем внутреннего электроснабжения, перехода на резервные комплекты аппаратуры СДУК и радиоканалы обмена информацией? Не делает чести американским ракетчикам и то, что обнаружение неисправности и приведение ракетного комплекса в исходное состояние заняло около 45 минут, что недопустимо в условиях боевого дежурства. Тем более, что на всех пунктах управления отрядов и эскадрильи установлена аппаратура документирования и регистрации информации, которая фиксирует и диагностирует возникающие неисправности с точностью до блока. И, наконец, почему при возникновении столь сложной ситуации не было принято решение передать управление всеми 50 МБР запасному пункту управления эскадрильи? Все это свидетельствует о недостаточном уровне профессиональной подготовки личного состава дежурных смен на

ПУПах и специалистов группы технического обслуживания 90-го космического крыла. Оказались беспомощными и должностные лица дежурных смен на основных и запасных пунктах управления 90-го космического крыла, 20-й воздушной армии и ОСК ВС США, которые также не имели информации об исходном состоянии 50 «Минитмэнов», и оказались неготовыми выдать подчиненным грамотные практические рекомендации. Непонятна и роль Командования глобального удара, которое стало лишним звеном управления с дублирующими функциями.

ЦЕНА ОШИБКИ СЛИШКОМ ВЕЛИКА

Таким образом, ракетный комплекс Minuteman-III США показал свою недостаточную стратегическую устойчивость, низкую надежность, уязвимость и способность отказывать в масштабе целой эскадрильи одновременно, оставляя без контроля 50 МБР с суммарной мощностью ядерных боезарядов 30 мегатонн. Результаты расследования, видимо, будут опубликованы.

Однако вызывает недоумение тот факт, что в период «перезагрузки» отношений между РФ и США представители военно-политического руководства Соединенных Штатов заявляют, что в системах доведения приказов на пуски ракет отказов не выявлено, а дублирующие и резервные каналы управления исправны. Поэтому остальные 400 американских ракет находились в постоянной готовности к немедленному нанесению ракетно-ядерных ударов по объектам вероятного противника. В то же время военное руководство США замалчивает, что в течение 45 минут все 50 БСП не контролировались на предмет отсутствия посторонних лиц, например, террористов. Это объясняется тем, что двухрубежная автоматизированная радиолокационная система сигнализации выдает информацию о нарушителях на БСП на ту же аппаратуру СДУК, которая 23 октября находилась в обесточенном состоянии. Знает ли общественность США, что существует и такая потенциальная опасность, как неконтролируемое повышение температуры ракеты и ее головной части, что может вызвать чрезвычайные ситуации техногенного характера с непредсказуемыми последствиями?

Безусловно, происшествия на ядерном оружии и даже угроза их периодического возникновения в США, как, впрочем, и в других странах, входящих в ядерный клуб, имеют прямое отношение к обеспечению глобальной и региональной безопасности. Они заслуживают особого внимания со стороны Совета безопасности ООН, МАГАТЭ и должны рассматриваться на Конференциях по разоружению и различных форумах мирового сообщества. Тем более, что по заявлениям американского руководства, системы управления и контроля учета, хранения и содержания ракет, ядерных боеприпасов, объектов ядерного оружейного комплекса всегда исправны, дублированы и находятся под пристальным вниманием командования, дежурных смен и соответствующих технических служб. Однако применительно к происшествию на авиабазе Ф. Уоррен, можно утверждать об отсутствии надежной, устойчивой и многократно дублированной системы контроля за ракетно-ядерным вооружением и заметном падении профессиональной подготовки руководящего состава, дежурных смен пунктов управления и технических специалистов.

В заключение важно подчеркнуть: независимо от результатов выборов в Конгресс США особую актуальность приобретает скорейшая ратификация нового Договора о СНВ. Основа Договора – это существенное сокращение количества носителей и ядерных боезарядов. Чем меньше ядерных боеприпасов, тем меньше вероятность возникновения подобных ядерных инцидентов.

Сергей Васильевич ЧВАРКОВ – генерал-майор, профессор, доктор военных наук

Мидыхат Петрович ВИЛЬДАНОВ – генерал-майор, профессор Академии военных наук, кандидат военных наук, Заслуженный военный специалист Российской Федерации