Главная / Украина / Украина

Украина

Амбиции и реальности украинской армии
В последние дни уходящего 2009 г. состоялось расширенное заседание коллегии Министерства обороны Украины, на котором традиционно были подведены итоги учебного года и определены задачи на новый 2010 г.

Украинские военные в плане несения ими боевого дежурства, подготовки войск и сил, миротворческих задач и т.п. сделали все, что могли в пределах имеющегося у них ресурсного обеспечения. Но минувший год стал для них одним из самых неблагоприятных в плане условий для выполнения поставленных задач и одновременно негативным примером наплевательского отношения к армии со стороны государственно-политической элиты страны.

Игорь ДМИТРИЕВ

КИЕВ

ДЕКЛАРАЦИИ И РЕАЛЬНЫЕ ДЕЛА

Обеспокоенность ходом выполнения программ подготовки войск (сил), модернизации вооружения и военной техники, строительства жилья, перехода на контрактный принцип комплектования Вооруженных Сил Украины звучала в каждом выступлении членов коллегии Минобороны. Хроническое, начиная с 2006 г. недополучение предусмотренных ресурсов не могло не отразиться на эффективности и объемах выполнения принятых планов. Впрочем, кое-что удалось пока сохранить – кадровый потенциал украинской армии, который не допустил обвального снижения уровня боеготовности частей и подразделений.

Официальными лицами Минобороны на протяжении года озвучивались те или иные цифры, характеризующие будни украинской армии. Например, финансирование осуществлялось даже меньше минимально допустимой потребности – на уровне 62%, а расходы на подготовку Вооруженных Сил по сравнению даже с «нищим» 2008 г. были уменьшены вдвое. При этом 96% личного состава ВСУ занималось лишь в учебных классах, то есть, образно говоря, как воевать им объясняли на пальцах.

В этой связи можно процитировать командующего Воздушными силами Украины генерал-полковника Ивана Руснака: в 2009 г. авиация получила лишь 2,5% от минимально необходимой суммы. И при ежегодной потребности авиации в 65-70 тыс. тонн топлива она была обеспечена им уровне около 4 тыс. тонн. Более или менее готовы к выполнению задач около трех десятков украинских истребителей (из более чем сотни этих самолетов, имеющихся в боевых частях). В 2009 г. средний налет на один экипаж авиации Воздушных сил Украины составил 17,5 часов, а на экипаж армейской авиации Сухопутных войск – 10 часов. Для сравнения: налет боевых летчиков в Белоруссии и России составляет 40-60 часов, в Румынии – 100 часов, в Польше – 150 часов.

 

Есть и другие показатели уровня подготовки войск: средний срок пребывания в море кораблей Военно-морских сил Украины составил около 11 суток, а общий показатель прыжков с парашютом у военнослужащих воздушно-десантных и аэромобильных войск – 15186 прыжков. Лишь благодаря шефской помощи со стороны Общества содействия обороны Украины и личной заинтересованности личного состава аэромобильных войск и специального назначения удалось организовать выполнение прыжков с парашютом, что частично обеспечило поддержание уровня их воздушно-десантной выучки.

Начальник Генерального штаба – Главнокомандующий Вооруженными Силами Украины Иван Свида в первые дни после своего назначения на пост откровенно рассказал о ситуации завершающих месяцев 2009 г.: «Я считаю, что до конца года нам нужно выделить столько денег, чтобы мы могли закрыть направления, без которых не сможем функционировать. Это касается в первую очередь обеспечения жизнедеятельности армии. Нужно также решить все коммунальные вопросы, чтобы нам свет не выключали, чтобы у нас тепло было. Что касается затратных мероприятий, разумеется, сейчас мы их проводить не будем – ни масштабные учения, ни закупку техники и вооружения. Наиболее затратными и проблемными являются Воздушные и Военно-морские силы. Они в очень тяжелом состоянии, и у них больше проблем, чем у Сухопутных войск. В Сухопутных войсках танки, артиллерия – она не летает, она стоит и технически исправна. Ну, нет аккумуляторов или резины – их можно закупить. Проблема же Воздушных сил в том, что модернизация и ремонт самолетов очень затратные. Это же касается и ВМС... Я уже не говорю об увеличении денежного обеспечения, потому что контрактник не может получать зарплату на уровне прожиточного минимума».

КОГДА ФИНАНСЫ ПОЮТ РОМАНСЫ

Для выполнения всех запланированных в 2009 г. в украинских Вооруженных Силах программ их бюджет должен был составлять 32,4 млрд. гривен. Чтобы армия могла «просто развиваться и исполнять свои функции» (слова экс-министра Юрия Еханурова), надо было «лишь» 17,7 млрд. гривен. А правительство выделило военному ведомству на год только 8,4 млрд. гривен, или 0,87% от ВВП (произошло уменьшение с 1,3%; при необходимой потребности 2% от ВВП). «Фактически речь идет о начале развала Вооруженных Сил, поскольку если в госбюджете на их финансирование выделяется меньше 1% от ВВП, то он является «бюджетом развала», – резюмировал тогда министр обороны, который, напомним, в первые годы правления Виктора Ющенко некоторое время сам руководил правительством.

Реально финансирование выполнения мероприятий «Государственной программы развития Вооруженных Сил Украины» в течение 2006-2009 гг. осуществлялось лишь в пределах от 30 до 50% (2006 г. – 50%, 2007 г. – 39%, 2008 г. – 54%, 2009 г. – 28%), что уже в настоящий момент позволяет утверждать о нереальности ее выполнения в установленный срок и необходимости разработки плана антикризисных мероприятий по фактически «спасению» ВСУ. Например, на 2009 г. для восстановления боеспособности, содержания, эксплуатации и ремонта вооружения и военной техники Воздушных сил Украины выделено средств только на 17% от минимальной потребности, из них лишь 1% за общим фондом, остальные 16% – за специальным, наполнение которого не осуществляется. Хотя эта техника уже в мирное время круглосуточно выполняет боевые задачи по охране воздушного пространства Украины, важных объектов государства, в том числе атомных электростанций.

 

По специальному фонду бюджета 2009 г. Минобороны Украины было предусмотрено 4,2 млрд. грн. – это больше трети от общей суммы, предусмотренной в госбюджете на оборону, но за два месяца до конца года поступило лишь свыше 10%. Предусматривалось, что 3,6 млрд. грн. из этого фонда должна была обеспечить продажа недвижимого имущества. Фонд этого имущества – 430 высвобожденных прежних военных городков общей площадью свыше 50 тысяч гектаров, где расположено 6,5 тысяч сооружений. Но порядок и механизм соответствующих торгов был утвержден правительством лишь в апреле. Первые аукционы по продаже недвижимого военного имущества прошли только в сентябре, что перечеркнуло все планы относительно наполнения спецфонда.

Причем те государственные чиновники, которые играют «первую скрипку» в распределении бюджета, делают хорошую мину при плохой игре. Вдумайтесь, например, в слова премьер-министра Украины Юлии Тимошенко из ее выступления на торжествах в честь Дня Сухопутных войск Украины 11 декабря 2009 г. в Киеве: «Армия каждый год полагается на так называемы специальный фонд. Когда планировали продавать излишествующее имущество, земли, т.е. все то, что есть в армии, то и планировали большие доходы спецфонда. Но в результате каждый год это все завершалось большим «пшиком». Поэтому мы запланировали с 1 января 2010 г. убрать такое финансирование оборонного бюджета, как спецфонд. И все расходы на армию будут производиться по общему фонду».

СТАРЕЮЩИЕ АРСЕНАЛЫ

Подобное отношение к собственным Вооруженным Силам не проходит безболезненно. На одном из заседаний Совета национальной безопасности и обороны Украины президент Виктор Ющенко открыто заявил, что 88% вертолетов и самолетов, имеющихся у украинской армии, на сегодняшний день не могут подняться в воздух; 70% кораблей и судов обеспечения также не в состоянии выполнить боевую задачу; 40% бронетехники и артиллерии в украинской армии не соответствуют критериям боеготовности, так как требуют технического обслуживания, замены аккумуляторов и шин.

Никто не спорит, что в рамках возможного осуществляется реализация тех или иных проектов. Например, что касается создания многоцелевого корвета, то в этом году разработан и принят его технический проект, решен вопрос о заводе-изготовителе его первого образца. Утверждается, что по своим характеристиками он не уступает, а по некоторым техническим решениям превышает показатели современных иностранных корветов. При надлежащем финансировании в ближайшие годы вполне возможно построить головной корабль и – впоследствии – серию корветов, без которых невозможно обновление ВМС Украины. Продолжается разработка отечественного оперативно-тактического ракетного комплекса. В этом году состоялся ряд рабочих и экспертных консультаций, а также общая конференция, на которой были уточнены оперативно-технические требования к этому образцу.

Относительно модернизации парка истребителей – эти работы не прекращались даже в условиях критически низкого уровня их финансирования. До конца года Воздушные силы должны были получить несколько модернизированных самолетов МиГ-29, еще несколько прошедших модернизацию истребителей ожидаются в 2010 г. Ведомство пытается найти возможные решения ресурсной поддержки этого проекта, даже нестандартные. Например, расчеты с авиаремонтными предприятиями Минобороны за услуги по модернизации, ремонту и техническому сопровождению авиационной техники предусматривается осуществить за счет ликвидного избыточного военного имущества.

Так же в ВСУ принят на вооружение новый танк «Оплот», который по большинству своих параметров не уступает заграничным аналогам. В стране созданы и современные образцы радиолокационных станций, систем противовоздушной обороны, средства связи собственного производства и т.п. Другое дело, что речь идет лишь об их считаных единицах в составе подразделений украинской армии.

Лишь частично, но отнюдь не кардинально изменило ситуацию по обновлению арсеналов решение Кабмина по поводу выделения денег из стабилизационного фонда. В частности, из 248751,0 тыс. грн. предусморено на модернизацию танков Т-64 до уровня до БМ «Булат» – 100000,0 тыс. грн., на работы по модернизации вертолета Ми-24 – 74000,0 тыс. грн., на создание многофункционального ракетного комплекса – 8500,0 тыс. грн., на закупку устройств кумулятивной защиты для танков БМ «Булат» – 2500,0 тыс. грн., на ремонт модернизацию вертолетов Ми-8 и Ми-24 – 60000,0 тыс. грн. и на создание корабля типа «корвет» – 3751,0 тыс. грн.

Хотя напрашивается мысль, что на фоне таких мизерных цифр заверения В. Ющенко о планах закладки первых четырех корветов в 2010 г. и принятии на вооружение к 2012 г. новых оперативно-тактических ракетных комплексов морского и наземного базирования, звучат приблизительно так же, как и заверения Ю. Тимошенко во время предвыборной парламентской кампании 2007 г. об ускоренном – за два года – переходе на контрактную армию. К слову, в 2009 г. на одного пришедшего контрактника украинской армии приходится два увольняющихся. Когда специалисты ракетной отрасли страны с потенциалом создания космических средств и стратегических наступательных средств поражения, но без реального опыта создания ракет оперативно-тактического класса, имея поредевшую истощенную научную школу и все более устаревающие технологии, слышат, что к 2012 г. Украина «будет располагать самым совершенным ракетным комплексом этого класса», они удивляются. Впрочем, как и сами военные. Остальные граждане страны, знающие армию по подкрашенной, подрихтованной технике в выпусках теленовостей и на парадах, уже давно не испытывают гордости… Ведь чтобы заложить четыре корвета, необходимо решить много проблем – от способа приема и постановки на вооружение в ВСУ узлов западного производства до порядка проведения испытаний образца, в котором интегрирована продукция почти десятка государств. И, наконец, нужно еще найти на четыре корабля около 450 млн. евро – фактически половину оборонного бюджета 2010 г.

 

СПРАВЕДЛИВОСТИ РАДИ…

Сводить все проблемы к недостаточному финансировании армии легче всего. Но давайте подумаем, насколько украинским военными эффективно и целесообразно были израсходованы средства, которые удалось в прямом смысле слова «наскрести» на мероприятия боевой подготовки. Например, в этом году планировалось проведение бригадных тактических учений с боевой стрельбой с 72-й отдельной механизированной бригадой 8-го армейского корпуса. Из-за отсутствия ресурсов провели эти учения на одну ступень ниже – лишь с усиленным механизированным батальоном этой бригады. Причем практически одновременно на других полигонах прошли учения примерно батальонного уровня с подразделениями 25-й отдельной воздушно-десантной бригады 6-го армейского корпуса, 128-й отдельной механизированной бригады 13-го армейского корпуса, а также подразделениями бригады береговой обороны Военно-морских сил. Но, скажем так, учения с моряками были на самом деле «показухой» для президента с вытекающей практической «пользой» для их участников. А вот по поводу других упомянутых учений с сухопутными подразделениями можно поспорить. Например, вместо трех разрозненных батальонных учений можно было провести одно бригадное тактическое учение. И мы бы сразу смогли увидеть картину, в каком реальном состоянии находятся войска и могут ли они выполнять задачи полностью в составе общевойсковой бригады. Согласитесь, силами корпуса и бригады можно собрать ресурсы с «миру по нитке» и отправить один батальон в поле. А вот подготовить полк или бригаду?

Или второй вариант эффективного использования ресурсов: провести все три упомянутых учения на едином оперативно-тактическом фоне и под руководством одного органа управления, например, Объединенного оперативного командования (далее – ООК) и/или 8-го армейского корпуса, которые в эти дни также участвовали в командно-штабной тренировке, но без всякой связи с практическими действиями войск. И вместо вывода в поле всей техники трех батальонов – вывести лишь боевые и командно-штабные машины командиров взводов, рот, батальонов, поддерживающих их подразделений, а также штабы бригад. По расходу топлива и моторесурсов – это одно и то же, но практику управления подразделениями и огнем получили бы командиры всех уровней одновременно трех бригад, а также корпуса и ООК. Т.е. был реальный шанс получить в этом году готовый к выполнению задач комплект войск на корпус быстрого реагирования, прошедший реальное слаживание в ходе учений. Но военные его не использовали…

Говоря о непродуманности подготовки войск, хочется упомянуть еще один проект – перехода украинской армии на новый строевой шаг. Говорят, что на территории бывшего СССР сменили строевой шаг с «советского» на национальный пока только эстонцы и грузины. Третьими, с подачи Виктора Ющенко, могут стать украинцы. Аргументы о том, что т.н. «прусский шаг» «уже» не подходит и военные должны иметь свой «национальный», выглядят достаточно смешно. Ведь для этого нужно вносить через Верховную Раду поправки в уставы Вооруженных Сил, печатать их новый тираж, переделывать учебно-методическую базу (в т.ч. многочисленные стенды на плацу каждой (!!!) воинской части), переучивать людей… Безусловно, можно понять желание войти реформатором в историю политика, чья «звезда» на политическом «небосклоне» уже заходит. Но неужели в стране есть лишние время и деньги на эти абсурдные проекты и украинским военным больше нечем заняться? Просто странно, что военное ведомство так активно увлеклось этим…

КРАТКИЕ ПРОГНОЗЫ

2010 г. пока не дает особого повода для оптимизма. Не случайно начальник Генштаба генерал-полковник Иван Свида заявил по этому поводу: «Что касается стратегических направлений, то мы будем реализовывать в первую очередь те, которые не требуют значительных материальных затрат, а связаны с организационными вопросами и усовершенствованием системы управления. Вооруженные Силы должны функционировать как механизм, а это значит, что надо ликвидировать дублирующие функции, чтобы каждый четко знал зону своей ответственности, отвечал за конкретное направление – на сегодняшний день этот вопрос требует уточнения. Что касается финансирования, то мы будем просить столько, сколько нам потребуется не только на содержание Вооруженных Сил, но и на элементарное развитие. Эта сумма уже определена – нам нужно 19,8 млрд. гривен. Этих средств нам хватит на то, чтобы минимально обеспечить безопасность государства. В идеале, чтобы мы были всем обеспечены и при этом армия развивалась, нам нужно 30 млрд. гривен. Поскольку мы понимаем, что в стране сейчас сложная ситуация, а, помимо военных, есть еще учителя и медики, то мы определили минимально необходимую сумму – около 20 млрд. гривен. Но никак не те 13 млрд. гривен, которые заложены в проекте бюджета на следующий год, из которых 4 млрд. гривен – спецфонд, а это считайте, что этих денег нет и не будет».

Но давайте будем откровенными. Первую половину года Украина будет «увлечена» президентскими выборами и последующим переформатированием властных структур и отношений между ними. Украинские элиты будут заняты вопросами своего благополучия в изменившейся системе бизнес-политических координат. Президентскому кандидату на пост министра обороны нужно будет еще пройти утверждение Верховной Радой… Руководители рангом пониже в самом военном ведомстве будут ждать решения своей судьбы со стороны нового руководства. И когда все вокруг ощущают себя «временщиками», будет ли кто-то в таких условиях заниматься созидательным трудом на благо вооруженных сил? Вопрос, скорее, риторический.

Да и финансовые средства на военное ведомство в проекте бюджета на 2010 г. не дают причин для особого оптимизма. Впрочем, нет также оснований говорить о том, что будет осуществляться ритмичное финансирование. Ведь в Украине даже бюджет на 2010 г. не соизволили принять вовремя… Не зря в руководящих документах военного ведомства четко приписано требование не проводить дорогостоящих мероприятий боевой подготовки в первые четыре месяца 2010 г.

Как в таких условиях украинской армии выполнять задачи, ради которых она создана, остается загадкой. Безусловно, имитировать боевую подготовку, да и то преимущественно на бумаге, подметать территорию и вытирать пыль со стареющей и ржавеющей техники, мучить военнослужащих надуманными задачами и т.п. – это можно… Но россиян заставила повернуться лицом к армии война в Чечне, американцев – войны в Афганистане, Ираке и других «горячих точках». Что нужно украинскому истеблишменту, чтобы понять очевидные вещи?